— Сколько времени прошло, как он потерял руку? — еще в коридоре стал собирать анамнез доктор.
— Около шести часов. — ответила Юля. — я уколола ему обезболивающее, рана чистая, но…
— Тише, девочка. Починим мы твоего мужика. Не впервой. — оборвал он сбивчивые объяснения рыжей.
— Он бледный, как тень. Может, воды ему? — спросил у присутствующих Илья, все еще несший меня по коридору.
— Сейчас дадим, — остановился кибернетик и скользнул взглядом по всем присутствующим, останавливая свою стремную линзу на мне. Его единственный органический глаз сузился.
— Мне нужно знать что-то еще? — спросил он, держа живую руку на ручке еще одной металлический двери без опознавательных признаков.
— Нет, Ямамото-сан, это чистая случайность, проблем не будет.
Мужчина кивнул, раскрыл дверь. Что внутри я пока не видел.
— Несите его внутрь. Если через пять минут он не окажется на столе, то все, Shinudarou.
Илья и Юля переглянулись. Друг прошел внутрь сразу за врачом, девчонки за ним. Помещение было небольшим: операционный стол, покрытый стерильным пластиком, несколько старых аппаратов и стеллажи с медикаментами. Все казалось старым, но было тщательно убрано, ухожено и обслужено.
— Сюда, — резко бросил Ямамото, включая лампы над головой. Они загудели, освещая пространство болезненным белым светом.
Друг осторожно меня уложил, а у меня не было сил даже зажмуриться. Только кое-как прикрыл глаза.
— Ты сможешь ему помочь? — спросил друг, сжимая кулаки до белых костей.
— Сразу этим и займусь, — мужчина опустил на нос очки с тонкими линзами и начал быстро осматривать рану. — Рука отсутствует полностью, включая плечо. Его плазменным резаком пилили? Очень чистый срез.
— Мы… не знаем, но это несчастный случай, его никто не калечил, — сказала Юля, стоя неподалеку от моей кушетки.
— Имплант делать собираетесь? — оглядел доктор присутствующих.
— Мы…. — рыжая замялась, ее глаза бегали между лицом Ильи и неподвижным мной. — Мы не знаем.
— Ямамото-сан, это единственный вариант. — уверенно вставила Мэй. — Вы же можете это сделать?
— Конечно. — Ямамото даже не взглянул на нее, сосредоточенный на дезинфекции своих инструментов. — Стоимость будет высокой. Процесс заживления болезненным и не быстрым. Но жить будет.
— Прошу вас, господин, сделайте все, что только можно, просто спасите его… — не выдержав напряжения, девушка заплакала, сев на корточки рядом с моей постелью. Трогала ледяные пальцы моей левой руки, отогревая теплой и мягкой своей.
Илья шагнул вперед, его взгляд был твердым.
— Сколько?
Врач обернулся, изучая присутствующих. Остановился взглядом на Мэй.