— Интересно, какая тут система? — спросила Виталина. — Имею ввиду — стоят ли дочери более важных корейцев ближе к месту нашего прибытия?
— Какой трогательный расизм научно-прикладного характера! — умилился я.
Вилка смущенно покраснела. Да ладно тебе, это мое тлетворное влияние.
— Халаты красивые, — просмеявшись, заметила троечница-Оля.
— Кимоно! — поправил я.
— А какая разница? — развела она руками.
И ведь ответить нечего — халат он и есть халат.
На станции Туманган встречающих дам резко прибавилось — буквально как сельди в бочке, свободен только проход от нашего вагона через вокзал на выход. По ковровой дорожке, не без грусти давя ногами бросаемые перед нами цветы, под визг и слезы (потому что вон там, через пару десятков шагов, нас ждет сам Великий вождь товарищ Ким Ир Сен в компании кучи людей в военной форме и сына Юрия Ирсеновича Кима, в простонародье — Ким Чен Ир) массовки, добрались до высоких гостей. Стоп, гости тут мы! Отрепетированный поклон, вспышки и треск фото- и видеокамер.
А вот и наш нынешний чрезвычайный и полномочный посол в КНДР — Николай Георгиевич Судариков, пятидесяти семи лет отроду, очкаст, плешив, худ и улыбается. Худоба вообще в глаза бросается — такое ощущение, что нормально кушают здесь только уважаемые Кимы. Может это такая демонстрация силы — лидер нации толстый, значит все хорошо?
— От лица Трудовой партии Кореи приветствую вас на наших землях, — протянул руку товарищ Ким Ир Сен. — Ваш визит — огромная честь для нас.
Ух как по-русски шпарит-то, как на родном. Неудивительно — сына-то Юриком звать.
— Наши сердца ликуют при виде Великого солнца чурчхе, — ответил я. — Благодарим вас за чудесную церемонию встречи — мы никогда не видели ничего столь же воодушевляющего.
Это включая проделавших долгий путь — до Пхеньяна полстраны — Кимов.
Далее нас поприветствовал восемнадцатилетний товарищ Юрий, и, пока я отрабатывал регламент (прискорбно, но Виталину и Олю из-за патриархального уклада общества считай не замечают), на меня снизошло осознание: мы с младшим Кимом придем к власти почти одновременно — плюс-минус пятилетка. Это если по плану, конечно, но все равно мы с ним на долгой дружбе и энтузиазме такой коммунизм всему миру покажем! Ладно, отставить — все потом.
В высокой компании покинули вокзал — ширина колеи в наших странах разная, поэтому сейчас попируем в поселке Туманган, наш поезд «переобуют», и отправимся дальше. На вокзал натянули портреты актуального Кима и деда Юры. Дружба народов, так сказать. Попозировали на фоне местным и нашим репортерам, и по людскому коридору направились к «членовозам» непонятной марки, около которых тусовалось много «белых», сиречь наших, лиц — обеспечивают безопасность.