— Ты за ноги хватаешь, я за руки! — скомандовала Виталина, судя по звукам, встав со стула.
— Когда все отыгрывают симулякр, время летит познавательно и незаметно! — всхлипнул я, усевшись на задницу и обняв колени. — А когда кто-то выпадает, становится неинтересно!
— Тебе что, пять лет? — свесилась из-за крышки стола Олина мордашка.
— Мне тоже надоело в школу играть! — высунулась и Виталина.
— Да ну вас, — продолжив имитировать обиду, выбрался из-под стола, демонстративно отряхнулся, подобрал журнал и направился к двери, проинформировав дядю Германа. — Отправлю ваш аттестат товарищу Цвигуну, получите благодарность с занесением или типа того.
— Вот он — мужской шовинизм! — назидательно заметила Вилка.
— Вот оно — тлетворное влияние идей Клары Цеткин! — не остался я в долгу и успел отскочить от воткнувшегося в стену купе циркуля.
— А если бы воткнулся? — обернувшись, наградил почти жену укоризненным взглядом.
— Выживешь! — хищно оскалилась она. — Все равно не попадало.
— Научишь меня так делать? — разохотилась Оля.
— Это поколение потеряно, — вздохнул расстроенный педагог в моем лице и пошел в родное купе, отправлять дяди Германовы оценки Председателю КГБ — вот бы на его рожу в момент получения посмотреть!
Посмотрев на лес за окном, улыбнулся протянувшейся над ним радуге — в закрывших небо еще утром грозовых тучах появился просвет, и солнышко пролилось на наш передвижной дом.
Вышедший из купе дядя Герман красоту проигнорировал и последовал дальше, а вот девушки присоединились ко мне.
— Давай когда-нибудь еще раз так на гастроли поедем? — отразив глазами блеск солнышка, с улыбкой повернулась ко мне Оля.
— Обязательно! — с легкой душой пообещал я.
Потому что впереди еще целая жизнь!
— Завтра уже будем за границей! — поделилась певица радостью, повернувшись спиной к окошку и облокотившись на стену. — Даже не думала, что первый раз в жизни я поеду в Корею.
— Я вообще никуда ездить не хотел, — признался я. — Но так уж вышло, что без этого никак. В Германию боялся, но ничего — вернулись живыми.
— И даже с прибытком, — добавила Вилка.
— В Корее Менгеле бы точно не спрятался! — захихикала Оля и вздохнула. — Вы — крутые.
— Мы — крутые! — поправил я, взяв ее за руку. — Потому что коммунизм! — ответил на вопросительный взгляд.
— Дурак! — с веселым смехом вырвала она ладошку.
— Сережа прав — ты огромная молодец, — подключилась к обработке Виталина. — Сама подумай — на всей эстраде из твоих ровесников только он, — кивнула на меня. — А он не считается, потому что ему, видите ли, «страной рулить надо учиться». Ты получается одна такая на весь СССР.