Вера в очередной раз мысленно влепила себе по лбу. Заказ! Найти‑то нашла, а подтвердить забыла! Сейчас каждый, кто хоть как‑то похож на Мороз Ивановича, на вес золота, а она со своими отчётами…
Оборвав разговор на полуслове, Вера судорожно перехватила телефон, пытаясь вспомнить, на каком сайте оставляла заявку — том самом, что обещал «настоящее новогоднее волшебство без подвоха». Пока они ехали домой, её бросало в холод при одной мысли, что и это дело она профукала. Ей нужен дед Мороз! Таких искренних, отчаянных молитв Небесная канцелярия, наверное, давно не слышала.
И случилось необъяснимое. В пасмурном сером небе, словно отвечая на её мольбу, на секунду проглянуло солнышко. Заблестели, зазвенели неслышной трелью сосульки под крышей, разбежались солнечными зайчиками блики на окнах. И ровно в этот миг телефон Веры тихо плимкнул — так, как он никогда не пищал раньше, — и на экране всплыло сообщение: её заказ подтверждён.
— Бдзыыыынь! Это он, мама! — завопил Колька, хохоча и морща курносый нос, словно почувствовав волшебство раньше взрослых.
Вера сама рассмеялась — непонятно чему. Может, где-то там, в высших инстанциях, её всё-таки услышали? Не такая она и пропащая мать. Дед Мороз будет.
Ёлку собирали вдвоём. Вера предусмотрительно выключила телефон, который давно не сообщал хороших новостей, а только жужжал, орал, угрожал и требовал её на работу сию же секунду. Она даже удовольствие какое‑то, тёмное и детское, получила, нажав на кнопку питания своего электронного мучителя. У неё сегодня выходной — и даже завтра. И всё это время — только для её чудесного ребёнка, который уже неделю видит мать исключительно перед сном, да и то загнанной и уставшей.
Пусть она плохой и бестолковый сотрудник, зато с ёлкой разобралась с первого раза и нигде не ошиблась. Старые бабушкины игрушки с удовольствием потеснились, принимая в компанию новые блестящие шарики. Кольке доверили вешать их самостоятельно — он старательно тянулся, выбирал, где лучше разместить, а потом долго любовался, запрокинув голову.
Сын без умолку рассказывал про какого‑то волшебного «быыыня», который, оказывается, совсем не потерялся — просто улетел, как птичка, на свободу. Вера слушала вполуха и улыбалась: Колька так воодушевлённо размахивал руками, так искренне верил в свою сказку, что она бы сама этого Бдзыня на свободу выпустила, если б только понимала, кто это и где его искать.
Разочарование из‑за тётеньки, переодевшейся фальшивым Дедом Морозом, было забыто. Вера смотрела на сияющего от радости сына и чувствовала, как внутри разливается то самое предвкушение праздника, пахнущее мандаринами и обещанием чуда. Оно единственное было дороже любых отчётов, звонков и невыполненных задач.