Она вышла, хлопнув дверью, а я с тоской посмотрел на штабель пыльных коробок, которые предстояло спрессовать за какие-то десять минут. И чего Женьку так растащило?
На самом деле Гоша из коробки вовсе не сбежал, я его выпустил. Думал, что Маликова с Вербицкой поднимут визг, а я тихонько подберу и спрячу. Но все пошло не так. Таракан ломанул по парте с такой скоростью, что мне до него было не дотянуться. А потом подскочила Марго и… экспроприировала. И теперь надо Гошу как-то выручать. Я хоть и выиграл его у Витьки в покер, но только в качестве залога, пока не заплатит долг. Директриса наверняка устроит хай. Черт, и дернуло же меня!
Но таракан такой здоровенный, да еще и шипит прикольно. Как будто водой на раскаленную плиту брызнули. Грех не использовать. А эти две курицы прямо за спиной, удобно. Повернулся и подкинул незаметно. Никто в классе не бесил меня так, как они. Вербицкая — своими влюбленными взглядами. А Маликова… та просто бесила. По факту бытия. Потому что дура.
Коробки оказались пыльными, да еще и проклеенными бумажным скотчем, снаружи и внутри. Пока сложил одну, перемазался, как свинота. А их было, по минимальным прикидкам, штук пятнадцать. Звонок зазвенел на пятой.
Нет уж, прости, Женечка. Я, конечно, у тебя в долгу, но не настолько, чтобы жертвовать своим желудком. Айболит сказал: регулярное питание, а докторов нужно слушаться. Даже если в роли регулярного питания выступает жареный столовский пирожок с подозрительной начинкой.
Отряхнув брюки, я вышел и двинул было в сторону столовки, но сообразил, что кошелек остался в сумке. А сумка в кабинете биологии. Вот засада! Пока туда, пока обратно, набежит очередь такая, что не успею. Точно не день Мирского сегодня.
Ну что делать, придется идти. Заодно покланяюсь Маргоше в ножки, может, отдаст Гошу. В такие ножки одно удовольствие покланяться. Жаль, что училки не носят мини. Женьке, конечно, не пошло бы, а Марго — в самый раз. Я хоть и не дрочил на нее, как некоторые, но эстетическое и эротическое удовольствие она вызывала.
— Всеволод!
Блин! Накликал. Только вспомнил — и она тут как тут. Не Марго, Женька. Притворился глухим и брызнул вниз по лестнице, лавируя между мелкотней, которую вели в столовку строем. Догонять она не стала, уже хорошо. Хотя матери, конечно, позвонит. Но той и правда до меня дела нет, она вся в… как это? А, в эмпиреях. Репетиции, спектакли, съемки, творческие встречи, светские тусовки. А если и появляется дома, то все равно пребывает где-то очень далеко от убогой прозы жизни. Я вполне понимал отца, что тот не выдержал и свалил в закат. Теперь у него нормальная жена, нормальная семья. И только я… ни пришей ни пристебай.