— Этот прибор называется телевизор, Илья, — сказала Метта. — Помнишь, у пары аристократов мы видели такой? Их потом еще запретили под угрозой ссылки. Говорят, убойная штука.
— Ага… — проговорил я, войдя в гостиную.
Ни одна хранительница даже не повернулась ко мне. Все как одна пялились в этот странный агрегат как завороженные.
— Что смотрим? — спросил я, встав сбоку. — Это какое-то…
— Тихо! — шикнула на меня Ги, не поворачивая головы. — Это называется телефильма!
— «Последний стрелок»! Последняя серия! Последнего сезона!
Они замолчали. На экране два заросших щетиной мужика, стоя на пыльной улице, пялились друг на друга и плевались себе под ноги. Затем — бах! — и один рухнул на землю с пулевым ранением. В руке выжившего дымился револьвер.
Медленно он подошел к корчившемуся на земле парню, затем наставил в лоб револьвер.
— Увидимся в аду!
И его башка разлетелась как спелый арбуз.
Да уж… Кажется, вот и ответ на вопрос, почему не только Тома, но и все как одна хранительницы внезапно свихнулись…
— И что… вы часто смотрите…
Тут на меня зашикали всем составом. Метта прыснула:
— Четыре года ссылки, Илья! Четыре!
Вдруг я разглядел на ковре еще кое-кого.
— Аки! А ну отойди от этой штуки!
Она не отреагировала, и я схватил сидящую в кресле Аки под руки. Та, зашипев, вырвалась и подползла почти вплотную к экрану. Клянусь, на секунду мне показалось, что она сейчас меня укусит…
Вдруг скрипнуло, и на полокотнике дивана примостилась… Тома⁈
Нет! Ну это ни в какие ворота!
Подойдя к агрегату, я сунулся к задней стенке и схватил пучок проводов. Сверкнуло, и экран потух.
— Эй!!! Мы же смотрим!
— Так! — бросил я провода и упер руки в бока. — Между прочим, я здесь хозяин! Мио, Ги, вы, кажется забыли, все о чем мы с вами беседовали буквально полчаса назад⁈ Рен?
И хранительницы резко поплыли.
— А ты Сен? Тома?..
Все заерзали.
— А ну все вон! У вас чего, дел нет, раз смотрите всякую чушь⁈
И гостиная очистилась быстрее, чем я бы успел сказать слово «Амерзония».
Посмотрев под диванами (а то вдруг там спряталась какая-нибудь хитрожопая тень!) я направился на выход, как вдруг из коридора показалась многорукая тень.
— Вен, только не говори, что пришла посмотреть телевизор!
— Нет… я вот!
И передо мной на диван лег какой-то черный комбинезончик.
— Это что?
Она замялась и начала шуршать по полу парой своих ного-лапок.
— Это… сама сделала… Ну, как тот пиджачок… Воть…
Я похлопал глазами, а затем потрогал ткань.
— Ух ты! — появилась сбоку Метта и Шпилька тоже вскочила на комбинезон. — А он прочный… И водоотталкивающий!
— Я слышала вы уходите в Амерзонию, — проговорила Вен. — И сплела вам это бельишко. Оно тепленькое и с начесом, примерьте! А как облегает, уууу!