Сунувшись в ящик, он вытащил тетрадь, а затем щелкнул ручкой. Где-то минуту он быстро писал строчку за строчкой.
— То есть вы хотите сказать… — откашлялась Метта, — что эта ваша Цитадель охотилась за мной?
— За вами троими! За секретами всей вашей троицы! — отозвался Вернер, а затем ткнул в мою сторону ручкой. — Скажите, Илья, сударыня Метта — и вправду ваш идеал? А вы, Метта, вы считаете Илью идеальным мужчиной? Акихара?.. Нет, не отвечайте! Ибо идеалы рассыпаются, стоит только облечь мысли в слова!
И вскочив с места, он снова заходил по кабинету взад-вперед, приговаривая:
— … Цитадели нравится наблюдать за людьми, раскрывать закоулки их душ, обнажать их эмоции и кружиться с ними в танце! Особенно забавно она реагирует на новеньких, которые случайно или нет оказываются в ее необжитых коридорах. Иногда, правда, она с ними заигрывается…
Мы трое переглянулись. Кажется, директор ШИИРа немного спятил. Впрочем, немудрено. Бегая по этим коридорам в гордом одиночестве, ты либо разделишь судьбу той парочки в коридоре, либо тронешься.
И я бы даже не сказал, что хуже — медленная смерть от голода, или жизнь одинокого психа.
— Итак, сударыня Метта, раз вы всего лишь идеал и бестелесная сущность в когнитивном восприятии Ильи, то для вас все куда проще — вы сможете выйти из Цитадели через окно! — сказал Вернер и захихикал. — Ибо для вас материя не значит ничего! А вот для Акихары… Что же! Действуем!
И он довольно хлопнул в ладоши. У меня забегали мурашки. Как хорошо, что он отделен от нас стеклом… А вот Аки нужно срочно спасать.
— Точно. Давайте уж, — вызвалась Метта и, поджав губы, переглянулась с Аки. Вернер охотно передал трубку девушке. Метта же подошла ко мне и сказала в динамик:
— Привет, я Метта. Будем знакомы?
И моя теперь уже видимая спутница сделала ей ручкой. Аки ответила:
— Аки…
— Вставай там, где я.
— Хорошо.
Оба встали на одну одну и ту же клетку, которыми был выложен пол. Для Аки она была черной, а для Метты белой.
— Лучше делать это на счет, — сказал Вернер. — Илья, видите вон тот переключатель на аппарате? Будьте любезны, выведите его на позицию «Три».
Я щелкнул переключателем, и тут голос директора из трубки усилился втрое:
— Давайте ставьте стопу — раз!
И Метта поставила ногу на черную клетку. Аки сделала то же самое, но она ступила уже на белую.
— Два! — еще шаг, и снова девушки поставили ногу одновременно. — Три!
— Четыре! — скомандовал я Метте, а затем мы считали в унисон: — Пять! Шесть! Семь!
Так обе и дошли до двери. По счету «десять» схватились за ручку, «одиннадцать» — повернули, «двенадцать» — открыли и «тринадцать» — переступили порог.