«Шутишь⁈»
«Какое там! И так еле вырулил после твоего „все там будем“! Где „там“, ты можешь сказать⁈»
«Ой, ё!.. И как ты выкрутился⁈ Хотя, стоп! Ты же обещал, что когда я с женой — ты прячешься⁈»
«Так тут видно было, что никакого интима у вас не предвидится, а ты и без того уже на автопилоте идёшь, вот-вот носом в ботву зароешься».
«Ну, тогда спасибо за помощь»
«Не за что, внучок!»
Проснувшись, снова навестил Машеньку. На сей раз малыш уже больше был похож на нормального младенца, насколько можно было судить по личику, поскольку всё остальное оказалось замотано в пелёнки. Маша, к моему удивлению, уже встала и ходила по комнате.
— Как так⁈
— А чему ты удивляешься⁈ Сам же целительницу вызвал — вот она меня и залечила. Не до конца, конечно, но на ноги поставила, и регенерацию подстегнула. Правда, мне из-за этого так есть хочется, что не рассказать словами. Я бы даже сказала — жрать, если бы не была баронессой.
Рассмеявшись, пошли обедать, отпустив сиделку отдохнуть — горничные, которых было уже две, по числу жён, перестелили кровать в комнате, где ночевала Серафима Игнатьевна. Я бы и вовсе отправил эту женщину домой, но у неё было задание: следить за состоянием Марии Васильевны сутки после родов. И я так понял, что отковырять её от жены даже на пятнадцать минут раньше не получится и аммоналом.
За обедом, пока Маша уничтожала съестное так, что умилила бы любую бабушку, Ульяна пояснила мне, кто новорождённые всегда такие, сморщенные и страшненькие, некоторые вообще бурые в синеву. А потом уже розовеют и лишаются морщин. Дальше вспомнили про необходимость вписать наследника в геральдические книги, причём я только сейчас сообразил, что делать это нужно будет не в Смолевичах, а в Минске! Надо выбрать время и съездить — непонятно только, самому или с Машей. Ну, это от её настроения зависеть будет, так я бы заглянул туда во время поездки в лабораторию, которую тоже откладывать уже нельзя, надо доложить о прибытии, что я и собирался делать в понедельник. Ладно, это только послезавтра, а пока есть и другие вопросы. Например:
— Что насчёт имени? Не передумал никто?
[1] Учитель на уроке окунает червячка в стакан с водой, вытаскивает:
— Видите, дети? Червячок живой. Сейчас я опущу его в стакан со спиртом. Видите — червячок умер. Какой вывод можно сделать из этого опыта?
Вовочка:
— Водку надо пить, чтобы глисты не заводились!
Обедала Маша так быстро, как позволяли приличия, и сразу убежала к малышу. Я так понял, она с ним будет круглосуточно. Кстати, надо ещё и няньку нанять. Сразу этого не сделали, поскольку было неизвестно, не понадобится ли ещё и кормилица, да и сейчас Маша с этим не определилась. И где найти хорошую няньку, тоже вопрос. Та, что вырастила детей Шипуновых, включая близнецов, уже отошла от дел по возрасту, да и жила в их доме, на правах не совсем родственницы, но свояченицы точно — по крайней мере, прислугу, по рассказам, гоняла только в путь, и они её слушались. О, идея! Сиделку повезу в Смолевичи завтра сам, заодно по дороге и расспрошу. Может, я ошибаюсь, но мне кажется — сиделки и няни, это профессии схожие, и они могут друг друга знать.