— Я знаю о нём достаточно, чтобы понять, кто он и чего стоит. Но я не понимаю, почему он привязался к убежищу и зачем оно ему нужно. Вот на этот вопрос ты нам и ответишь! Ладно, раз уж попалась, пойдём назад! — сказал я и махнул ей рукой.
— Никогда! — злобно выкрикнула девушка, откуда-то из складок одежды, выхватила тонкий стилет, приставила себе к сердцу и, истерично выкрикнув, — за Водяного! — вогнала его себе в грудь!
Как только я понял что происходит, то тут же бросился к ней, чтобы помешать покончить с собой, но не успел. Я подхватил её на руки, когда она уже была мертва.
— Да чтоб тебя! Грёбаные фанатики! — выругался я, и, подняв девушку, расстроено побрёл назад.
Можно было, конечно, её прямо здесь бросить, но не хотелось. Да и с амулетом нужно будет разобраться. Мало ли, вдруг ещё какие-нибудь вопросы возникнут, на которые нам труп вдруг сможет ответить… в общем, решил принести её в убежище, а там видно будет.
Почти возле люка увидел хранителя, который спешил за мной.
— Ребёнок в порядке, — первым делом сообщил он мне.
— Я знаю, она сказала, — вздохнул я.
— Сопротивлялась, пришлось убить? — спросил хранитель, кивнув на труп.
— Нет, это она сама, когда поняла, что попалась и не сможет убежать, — сказал я, — Водяной очень хорошо умеет промывать людям мозги. А знаешь, что самое обидное?
— Что? — спросил хранитель.
— Наш пленник это и был Водяной! — печально сказал я.
— Серьёзно? — хранитель изумился до глубины души.
— Да, — кивнул я, — она случайно проговорилась, и я ей поверил, потому что она пожалела, что сказал это.
— Обидно, что упустили! — сказал хранитель.
— А мне обидно, что я недостаточно сильно приложил его кирпичом! — сказал я, — ударил бы посильнее, так чтобы сразу с концами, и проблема была бы решена! Нет, захотел его допросить, потом упустил, и теперь всё продолжится с новой силой. А надо было просто чуть сильнее приземлить кирпич ему на башку, и всё! Такая тонкая грань отделяла нас от решения проблемы, и я её не переступил! Никогда себе этого не прощу!
— Не надо себя изводить, — серьёзно сказал хранитель, — это делу не поможет! Ты всё равно многое сделал. Всё-таки Водяной был у нас в плену, мы теперь знаем, как он выглядит, что тоже немало. И теперь у нас в убежище нет крота! По крайней мере, я надеюсь, что она была только одна!
— А всё могло бы уже закончиться… — с досадой сказал я, — впрочем, ладно, ты прав, сожалениями делу не поможешь, а я сегодня всё время сожалею. То из-за утраты маны, то из-за Водяного. Наверное, просто замотался.
Залезать сначала в выломанную решётку, а потом в люк с трупом было неудобно, хорошо, что хранитель был здесь, он помог. Выбравшись из тоннеля, мы заперли люк и продолжили путь наверх.