— Кальтаниссетта — это же самое сердце острова!
— Именно! И туда стекается с гор всякий сброд.
— Так-так-так! И что Агостино? — шулер весь подобрался, будто у него уже начали строиться в голове планы.
— Проблема не в Легионе Палермо и не в Агостино, — горько улыбнулся староста, — А в том, что и наш бригадный генерал и этот квестор — всего лишь проводники интересов Рима. Причём разных сил, сидящих в столице. Эти силы выясняют отношения там, а сюда шлют абсолютно противоречивые указы. Либо стараются тормозить приказы противников. Бывает так, что какой-то квестор начинает аресты и его внезапно тормозят с материка. Потому что он перетягивает одеяло с Легиона Палермо на себя. И это бросает тень на «старых офицеров». Местные доны напрямую договариваются с политиками в Риме, чтобы осадить ретивых квесторов. Разумеется, не за просто так. Для них Агостино более понятен и менее опасен. Потому что ему приходится согласовывать действия с властями Палермо, а там тоже сидят те, кто получает пухлые конверты от мафиозо. Однако, Агостино упрямец и периодически всё равно вставляет палки в колёса донам.
— То есть, и Агостино, и Мори — просто две стороны одной монеты с разными методами? — задумался Волков.
— Да. Всё решает политика. Борьба кабинетов в Риме. И эта чехарда только усиливает бардак на острове. У донов идёт борьба за власть. Параллельно бущует свора за то, чтобы управлять карабинерами и полицией. Кто с кем договаривается — уже непонятно. Там сам чёрт ногу сломит. Сегодня кто-то из донов делает ставку на Агостино, завтра на очередного Мори, потому что квестор прижал их…
— А вы неплохо разбираетесь во всём этом, Данил Николаич! И в политике тоже! — заметил шулер.
— Приходится. Здесь у нас по-другому никак, — пожал плечами Вольный.
— Где-то учились? — поинтересовался шулер.
— В Брянском уездном училище. И преподаватели у меня были хорошие.
— Скажите, а вы не в курсе: за кого во всей этой неразберихе дон Де Лука?
Вольный махнул рукой:
— О, это как раз несложно. С доном Де Лукой у нас нормальные отношения. Его люди часто покупают у нас рыбу. Кое-что из товаров, которые он поставляет на материк — уходит из нашей бухты. Де Лука — ярый противник Чезаре Мори и его прихвостней.
— Неужели? Почему?
— Я ещё кое-что не рассказал об этом квесторе Мори, — горько усмехнулся Данил Николаевич.
— Любопытно послушать, продолжайте… — подбодрил его Волков.
— Квестор Мори — не совсем обычный человек. Здесь его опасались из-за того, что не понимают. Он отличался даже от других молодых капитанов.
— Почему?