Гвардейцы стояли и слушали.
Никто не паниковал, хотя наши силы нельзя было назвать превосходящими. Напротив, воины, набранные с помощью Лютого и Хасана, радовались предстоящей битве.
Потому что это — боевое крещение.
Мы наконец-то покажем, что собой представляет наш Род.
Сунь-Цзы писал, что разведка — это самое главное дело на войне, опора для всех действий войска. Глава Рода Дранько решил игнорировать китайскую мудрость.
Айвазян начал действовать в тот момент, когда вражеская колонна остановилась у КПП. Микроавтобусы тарахтели двигателями, а Тарас Дранько, старший сын и по совместительству командир гвардии, показывал эсбэшникам разрешение на проезд. Предполагалось, что война не затронет соседние поместья, и охранник напомнил об этом Тарасу. За диалогом наблюдала проекция Феди.
Сдвинув часть панорамного окна, я крикнул Армену:
— Погнал!
И мой диверсант «погнал».
Обнажив пару коротких клинков, телепортировался на КПП.
Прямо в один из бусов.
— Что там? — поворачиваюсь к Феде.
— Жесть какая-то, — выдохнул мальчишка.
Наверное, нехорошо заставлять паренька наблюдать за смертями других людей. Как сказали бы в моём прежнем мире, это повлечёт за собой психологическую травму. Вот только здесь мир другой. Более жестокий? Нет. Скорее, честный. Никто не притворяется, что законы работают. Кто сильнее, тот и прав. И раз уж Фёдор стал частью моего Рода, ему придётся осознать опасности, грозящие нам ежедневно.
— Не молчи, — попросил я.
— В микробусе кричат, — заговорил толстяк. — Там что-то происходит. Вижу кровь на стекле. Все мечутся… Стоп, уже второй бус. Грохот, крики… Айвазян в голове колонны! Вот же!
— Что? — не выдержал я.
— По-моему, он грохнул этого… ну, ихнего начальника. Того, что в кольчуге и с топором у пояса.
— Грохнул? — переспросил я.
— Ну, он лежит на асфальте. Вижу кровь.
Задать следующий вопрос я не успел.
Айвазян телепортировался на бетонированную площадку перед домом, где мы организовали парковку для гостей. Там сейчас никого не было — моя гвардия выдвинулась к дороге, чтобы перекрыть движение колонне Дранько. Я видел, как ребята растягивают поперёк шоссе ленту с шипами. Всё делалось по плану. Шипы остановят микробусы, как их здесь называют, но ничего не сделают мехам… С которыми я намерен разобраться по-своему.
— Ты завалил Тараса? — спросил я.
— Возможно, — диверсант отряхнул кровь с клинков и убрал их в поясные ножны. — Он вне игры.
— А что в бусах?
— Трое или четверо уже не поднимутся. Без обид, шеф, но я действовал так, чтобы не нарваться на лезвие.
— Правильно, — одобрил я.