Москва, МИД
Макаров‑старший не стал тянуть: сразу же, как получилось министра на рабочем месте поймать, тут же к нему и зашёл.
— Андрей Андреевич, — сказал он, — тут мне вчера хорошо известный вам Павел Ивлев звонил. Помните, по Кубе вы меня ещё по поводу его расспрашивали?
— Да, Семен Николаевич, — ответил Громыко, внимательно посмотрев на Макарова. — И что же вам друг вашего сына такого важного сказал, что вы решили ко мне прийти и сообщить об этом?
— А его пригласили с Раулем Кастро переговорить. Он же как раз в эти дни в Москве у нас, и в понедельник только обратно на Кубу улетает. Вот Ивлев и сказал, что не хочет, чтобы, как в прошлый раз, когда он с Раулем и Фиделем Кастро встречался, какое‑то недоразумение вышло в результате того, что МИД не был об этом проинформирован.
— Ну что сказать — удобно парень устроился, — усмехнулся Громыко. — Чуть у него что интересное, так он сразу же моему первому заместителю звонит и докладывает…
— Ну, действительно, как‑то так получилось случайно из-за его дружбы с моим сыном, — усмехнулся Макаров.
— Впрочем, правильно он сделал, — кивнул Громыко. — Уж лучше мы от него про эту встречу узнаем, чем от кого‑то другого. А то мне тут уже доложили, что пацан ваш красиво погулял в «Гаване» в это воскресенье. Мол, кубинский посол поздравительную телеграмму в его адрес огласил от министра иностранных дел Кубы. Или вы об этом не знаете, Семен Николаевич?
— Знаю, как же не знать, — в ответ улыбнулся Макаров. — Как я недавно из командировки приехал, так сын и рассказал, он же там был одним из гостей. Правда, его гораздо больше впечатлило то, что там сам Андрей Миронов присутствовал…
Макаров ушёл, а Громыко только головой покачал. И вот что ему теперь думать по поводу всей этой теснейшей связки Ивлева с кубинским руководством?
Интересно, это Кулаков продолжает свои планы реализовывать или это уже от Кулакова в целом никак и не зависит, поскольку кубинское руководство получило устраивающее его предложение, а дальше всё завертелось так, что они уже сами, если им нужно по каким‑то вопросам, к этому Ивлеву как посреднику обращаются. Да, идут именно к Ивлеву, чтобы самого Кулакова не подставить и не выдать, что он и является главным виновником всего этого беспорядка…
А то, что Ивлев сообщил об этой предстоящей встрече с Раулем — как это вообще воспринимать? Как насмешку с его стороны: «Мол, я знаю, что ты догадываешься, что я на Кулакова работаю»? Или попытку запутать, выдав просто за частные связи, которыми он самостоятельно обзавёлся? Чёрт его теперь поймёт уже…