Ну и что тогда переживать из‑за того, что ей дали задание, которое невозможно было выполнить?
Баум, когда она пришла к нему в кабинет, вроде как и улыбнулся ей, но очень сдержанно, словно испытывает к ней определённую неприязнь.
Но даже если и так, — подумала Луиза ожесточённо, — то пусть его уж. Что я могу с этим поделать? Абсолютно ничего.
— Ну что, Луиза? — спросил её куратор. — Есть ли какие-то уже успехи по делу Ивлева, учитывая, как все это дело у нас с тобой затянулось?
— К сожалению, успехов нет и не предвидится. — Спокойно улыбнувшись, ответила ему она: — Дело в том, что Ивлев — однолюб. Он не собирается завязывать какие‑то интрижки на стороне, и это совершенно однозначно.
— С чего вдруг ты это себе вообразила? — снисходительно улыбнувшись, спросил её Баум. Мол, приходится тут с идеалистками иметь дело, которые что‑то себе по неопытности воображают…
— Ну, я не вообразила, собственно говоря, — сказала Луиза. — На прошлой неделе он мне совершенно прямым текстом сказал, что не будет со мной никак общаться, потому что жена ревнует его к молодым, красивым, незамужним девушкам.
Задумчиво хмыкнув, Баум сказал:
— А не могло ли это быть элементом заигрывания с тобой?
— Если это было заигрыванием, то чрезвычайно странным. Я же к нему в постель в этот момент не просилась. Я всего лишь просила его взглянуть на статью для газеты, которая якобы нуждается в редакторской правке. Ответ от него получила вот именно такой, совершенно бескомпромиссный. Так что, с моей точки зрения, соблазнить его можно, только если ему руки связать и ноги, чтобы он никуда деться от меня не мог. Но тут, уж извините, я ничем таким заниматься не собираюсь.
Прервались на минутку, потому что секретарша Баума принесла им по кружке чая.
Баум кинул два куска сахара и, помешивая его ложкой, сказал:
— Так что, получается, Луиза, ты признаёшь, что провалила это задание целиком и полностью?
— Да, признаю, — сама радуясь тому, как хладнокровно это прозвучало, сказала Луиза. — Но уверена, что вовсе не по моей вине. Просто вы отправили меня к человеку, который вовсе не собирается заводить каких‑то интрижек. Был бы на его месте кто‑то другой, наподобие его друга, с которым я его в последний раз видела, так у меня были бы все шансы.
— Что за друг? — ожидаемо заинтересовался Баум, как Луиза и рассчитывала. Надо же было перевести разговор с этих обвинений в её адрес на что‑нибудь другое, более конструктивное.
— Да это какой‑то большой комсомольский начальник. Вот его визитка, — протянула полученный от Артёма кусок картона Луиза Бауму.