Я задумался. Посещение приема прошло, мягко говоря, нестандартно. Совсем я не ожидал привлечь всеобщее внимание… А ведь там много было советских граждан, и кто-то из них наверняка сотрудничает с КГБ совсем на другой основе, чем я. Не лекции им почитывает для интеллектуального развития, а на других граждан СССР регулярно постукивает. Значит, в моих интересах хоть про основные моменты рассказать Румянцеву. Иначе до него информация обязательно дойдет про все эти мои беседы с послами и заместителями послов серьезных стран, но в совсем ином виде, чем мне нужно. Как бы тогда в КГБ чего плохого не вообразили, в том числе о том, что меня уже активно западные спецслужбы вербуют, а я рад и помалкиваю…
— Интересное было, надо бы встретиться и поговорить. Но не у вас. Погода чудесная, почему бы не прогуляться рядом с моим домом?
На самом деле за окном явно собирались дождевые тучи, но Румянцев намек понял.
— Через час если я подъеду, хорошо будет? — спросил он.
— Да, прекрасно! — ответил я.
А сам тут же засобирался с Тузиком на улицу. Хорошо бы до дождя и побегать с псом, и успеть после этого быстро душ принять… Успел и то, и другое.
Румянцев приехал на то место, где он меня подбирал, когда вез на лекцию к Андропову — подальше от моего подъезда.
В разговоре я это специально не оговаривал, знал, что он наверняка сообразит, что там и будем встречаться. Умный он мужик, не станет у меня перед подъездом парковаться.
Так оно и оказалось. Как раз собиравшиеся тучи созрели на то, чтобы пролиться мощным дождём, когда увидел его машину, выруливающую за наш дом.
Так что вышел я без Тузика, не судьба ему лишний раз прогуляться сегодня, и быстро заскочил к Румянцеву в машину.
— Здравствует, Олег Петрович! — сказал я, складывая зонтик и пристраивая его в ногах.
— Здравствуй! Слушаю тебя, Павел, — сказал Румянцев с интересом.
— В общем, вчера неожиданно японский посол полез ко мне общаться, как к родному сыну, которого несколько лет не видел. Минут десять с лишним мы с ним точно разговаривали у всех на виду. А после этого и все остальные косяком пошли, что очень печально, потому что до японского пива и самых вкусных сладостей я так и не добрался. Похоже, в следующий раз надо быть умнее, и с них и начинать…
Румянцев рассмеялся для вида над моей шуткой, но я видел, что он напряжён, и ему до жути хочется узнать, с кем я общался и на какие темы.
Решил хоть немножко ему рассказать.
— Предложил послу Японии провести конференцию для молодых учёных между нашим МГУ и Токийским университетом. А так — главным образом отвечал на его вопросы, почему Япония будет развиваться именно так, как я написал в своей статье в «Труде».