Ясно, что то, что я в газетах и журналах прочитаю, — это одно, а то, что от дипломатов услышу, — это совсем другое. Ценность информации может кардинальнейшим образом отличаться…
Румянцев вздохнул и сказал:
— Ну ты же должен понимать, Паша, что не я такие решения принимаю. Не с моей должностью. Тем более что тебя американский разведчик выцепил на первом же приёме. Если реально пошлёт кого-нибудь за тобой ходить, то нам придётся очень серьёзно обсуждать меры по усилению твоей безопасности. Правда, мне точно разрешат позволять тебе эти приемы, если ты все же будешь мне пересказывать все разговоры с дипломатами на этих фуршетах, что ты там вел…
Нет, все же он не успокаивается… Так и рвется из меня настоящего агента сделать… Решил, что мне настолько понравилось ходить на приемы, что я теперь вздохну и на все подпишусь сразу же, от чего уже отказался…
— Нет, так точно не получится. Готов, как и сегодня, Олег Петрович, только подозрительные разговоры пересказывать, которые вашего ведомства касаются. Как ответственно относящийся к вопросам безопасности советского государства патриотически настроенный гражданин СССР. Если я считаю, к примеру, что собеседник явно на разведку иностранную работает, как с этим Миллером получилось. А все остальное мимо кассы. Ну зачем вам в самом деле, знать, о чем я с каким-нибудь норвежским дипломатом беседую, если он точно на спецслужбы не работает? Мне важно, что я в результате буду лучше понимать, что в этой Норвегии происходит и что может произойти.
— Ладно, — вздохнул Румянцев, — диспозицию я понял. Ну давай тогда, поеду обдумывать, что ты мне рассказал сейчас…
Попрощались, я начал дверцу открывать, а он вдруг:
— Да, чуть не забыл сказать спасибо за наводку на эти частные военные компании, что ты дал. Интересное это дело оказалось…
— И с экономической точки зрения, правда? — спросил я его, желая убедиться, что он все возможности просек, что можно получить от ЧВК.
— И с нее тоже, — улыбнулся мне Румянцев. — Может, все же захочешь лекцию по этому поводу у нас в комитете прочитать?
— Нет, по этой точно не захочу, — улыбнулся я ему в ответ.
В общем, разошлись в целом довольные сообразительностью друг друга…
Москва
Утром Луиза почувствовала себя не очень хорошо еще когда собиралась на учебу. Ее немного лихорадило и болела голова. То же самое продолжалось и на лекции. На перемене, не выдержав, она побежала в медпункт, чтобы измерить температуру и посоветоваться с медсестрой.
— Лоб немного теплый, — констатировала та, приложив руку ко лбу Луизы. — Садись, давай измерим температуру.