Пройдя во вторую комнату, он сообщил жене, что Марат пригласил их в субботу на соревнования по русской борьбе, а потом на день рождения к своей сестре.
— Аиша тоже будет участвовать в этих соревнованиях, — добавил Насир.
— Правда? — обескураженно взглянула на него Медина. — Что-то я переживаю…
— Ничего страшного, — заверил её муж. — Она же уже участвовала…
— Но, всё равно…
— Дорогая, это же соревнования, а не уличная драка. Там всё происходит по строгим правилам и под контролем рефери. Меня больше не это удивляет… Вот, сейчас, когда Марат рядом с Аишей, она мне не кажется уже такой влюблённой в него…
— О, напрасно, — лукаво посмотрела на него жена. — Она уже настолько к нему привыкла, что не представляет себе жизни без него. Привыкла, что он всё время рядом, что он берёт на себя часть её хлопот. У них уже есть совместные планы на лето… Она даже не прощается с ним, ты заметил? Как будто они уже живут вместе.
— Заметил, но неправильно расценил, — обнял Насир жену и поцеловал. — Ты права, конечно. Теперь я это тоже вижу.
— Да… Марат надёжный, спокойный, всегда рядом, заботливый, удобный… Поверь мне, — улыбаясь, произнесла Медина, — для женщины одного этого уже достаточно, чтобы решиться на серьёзные отношения. А Марат к тому же очень симпатичный, следит за собой, спортсмен…
— Да, я тоже присматриваюсь к нему, — кивнул Насир. — Так-то он мне симпатичен. Характер у парня, определённо, присутствует. Он точно знает, чего хочет, готов за это сражаться, упорно идёт к своей цели, арабский, вон, учит… Да, денег у него нет, но при этом он точно не альфонс, транжирить состояние Аиши не станет. Уверен, наоборот, сможет приумножить его. Кроме того, Павел женат на родной сестре Марата, а это очень близкое родство. Павел будет помогать нам и Аише так же, как он помогает Фирдаусу и Тареку, а они им очень восхищаются… Я тебе рассказывал, как Павел научил Тарека за пятьдесят чемоданов прославить себя и новую фабрику на весь мир?
В четверг с утра пораньше погулял с собакой, и мы стали с Загитом ждать, когда встанет Галия. Ему сегодня уходить на сутки, он очень хотел поздравить дочь с двадцатилетием перед уходом.
Отец приготовил дочери в подарок два шёлковых отреза. Один — белый горох на тёмно-синем фоне, а второй — очень благородного цвета морской волны, как он сам выразился. Явно, не сам выбирал, чувствуется женская рука. Надо сказать спасибо Анне Аркадьевне…
В начале восьмого Галия уже подорвалась, выскочила в кухню. Пустил вперёд Загита поздравлять, а то ему уходить раньше всех. Жена была тронута до слёз. И с подарком Анна Аркадьевна угадала, и дарил он с такой трогательной заботой…