— В любом случае, у папы не было никакой светской жизни. Он был слишком занят, осваивая профессию и заботясь обо мне. Теперь он механик. И очень хороший, — гордо говорю я. — Он научил меня делать базовый ремонт и менять шины. Говорит, женщине это нужно знать больше, чем мужчине, потому что с женщиной, которая застряла из-за поломки, может случиться больше беды. К тому же, некоторые недобросовестные механики считают нормальным обманывать женщину, потому что думают, будто мы ничего не узнаем, — я качаю головой. — В любом случае, я бы не работала в GrantEm Capital, если бы мой отец не поддерживал меня, не верил в меня и не давал знать, что меня любят, несмотря ни на что. Так что, как только я разберусь со студенческими кредитами, куплю ему коттедж на берегу моря.
— Он хочет, чтобы ты купила ему недвижимость? — Эмметт звучит ошеломлённо.
— Не то чтобы он хотел, чтобы я это сделала. Я сама хочу. Потому что это дом его мечты на пенсии, и он его заслуживает. Я посчитала. Я смогу себе это позволить.
— Хм, — Эмметт выглядит как студент-первокурсник, слушающий лекцию о том, как оценивать стартап. Заворожённый, но немного удивлённый и растерянный.
— Разве ты не хочешь сделать что-то для своих родителей, когда они делают что-то действительно хорошее для тебя? — спрашиваю я, сжалившись над ним.
Он, кажется, хочет покачать головой, но не решается.
— Нет… Но я покупаю им подарки на важные случаи, например, на дни рождения и Рождество, — с таким же успехом он мог бы говорить о том, как нужно пропылесосить особенно ворсистый ковёр.
Это действительно странно. Он говорил так, будто заботится о своей матери. Это из-за его отца? Как будто его отец сбежал, как моя мама… Но я знаю, что он не сбежал. Тед Ласкер – известный кинопродюсер, и он здесь, в Голливуде. Он также признал всех своих детей и, судя по статьям о прошлом Эмметта, дал им лучшее детство, которое можно было купить за деньги.
Официант приносит еду на элегантном белом фарфоровом сервизе. Французский тост выглядит потрясающе, весь в золотистой пышности. Он пахнет ещё лучше, напоминая мне, что вчера я не ужинала. У меня текут слюнки.
Внезапно проголодавшись, я набрасываюсь на еду. Сосредотачившись на еде, изо всех сил стараюсь не слишком глубоко думать о личной жизни Эмметта. Да и зачем мне это вообще? Я скоро уйду. Пью свой «Дом», который на вкус как жидкое золото, и молча поднимаю тост за это успешное несексуальное общение с моим начальником.
— Можно тебя кое о чём спросить? — внезапно говорит Эмметт. — Я сам не смог бы этого понять.