– Да! – роняя слезы, выдохнула я.
Пару минут спустя, удобно устроившись рядом с Дастином, я положила голову на его грудь, но тут же спохватилась и попыталась приподняться, беспокойно спрашивая:
– Тебе точно не больно? Я понимаю, как тебе нелегко сейчас.
– Очень опасно встретить девушку, которая полностью тебя понимает. Это обычно заканчивается свадьбой, – откликнулся Дастин, настойчиво, но мягко, заставляя меня вернуться в прежнее положение.
Я охотно подчинилась.
– Дастин Хейз, ты только что сделал мне предложение? Я думала уже, что никогда от тебя этого не дождусь, – сияя глазами, я прижалась в поцелуе к твердым губам любимого.
Дастин, посмеиваясь, вернул мне поцелуй, но в макушку, приглаживая пальцами темные пряди моих волос.
– Знаешь, я умираю не так часто, поэтому кое-что для себя осознал, – произнес любимый, даже не пытаясь спрятать глаза, в которых плясали смешинки. – К тому же, я боюсь осуждения общества.
Я пихнула его локтем в бок, не обращая внимания на поддельные охи и вздохи Дастина и, нахохлившись, засопела.
– Да иди ты, Дастин Хейз.
– Эйми…
– Да?
– Я люблю тебя, детка… больше жизни.
Шесть лет спустя
Дастин
Подъезжая к роддому, я думал о том, как же круто изменилась моя жизнь за последние шесть лет. Разве я мог подумать, что стану многодетным отцом? Благодаря детям я научился терпению, сдержанности, а главное – внимательности. Ведь всегда надо быть на чеку. Куда не сядешь – в попе будет кубик! Криво усмехнувшись, я бросил взгляд в зеркало заднего видения.
Эмили смотрела в планшет, постукивая маленьким ножками в белых босоножках о спинку автомобильного кресла. Рядом, прижавшись к старшей сестре, сидела Одри, держа конфету за круглой щечкой. Обе светловолосые, голубоглазые – мои принцессы. Мои любимые дочки.
– Одри, выплюни конфету, а то у папули будут неприятности, – поморщившись, пробормотал я, вспомнив нравоучения жены перед тем, как отвез ее в роддом. Никаких мультиков на планшете и конфет!
Недолго думая, мое чадо последовало приказу и… выплюнуло леденец прямо на пол автомобиля.
– Одри! – вздохнула Эмили, наклоняясь, чтобы подобрать остатки лакомства. – Пап, не говори ей таких вещей. Она понимает их буквально!
– Эмили, убери планшет.
– Хорошо, папуль, – послушно кивнула старшая дочь, отодвигая гаджет в сторону.
– Мы прямо сейчас увидим маму? – пропищала Одри, беря пухлыми пальчиками за руку Эмили. – И братика?
Я кивнул, чувствуя, как сердце шарашит о грудную клетку со скоростью отбойного молотка.