Отцу на секунду почудилось, что сын повзрослел, по крайней мере он оценил откровенность. Поедая завтрак и «ведя переговоры» оба пришли к некоторым соглашениям. Одним из них был вопрос о курении и отец сам предложил покупать сигареты для сына, а Олег обещал курить только в отведённых местах, не раздражая и не провоцируя учителей, соседей и прочих блюстителей нравственности. Вторым вопросом стояло зарабатывание денег законными методами, которые описал Олег: выступления подставкой за производственные коллективы на их бесконечных спартакиадах, летом сенокос в деревне, кстати хорошо оплачиваемый, и никакой фарцы.
Вариант с дополнительным спортивным заработком заинтриговал родителя, ибо деньги в малобюджетной семье были явно не лишними. Да и сам «дядь Саша» был своеобразным кумиром дворовой пацанвы, так как даже в сорок лет часто играл с ними и в футбол, и в хоккей и, даже, в «сало». Причём не выделывался ни возрастом, ни авторитетом.
Все окружающие дома-двухэтажки были напичканы своеобразным срезом трудящегося населения, где учёные жили рядом с работягами, а руководители возле подчинённых. В наличии имелся целый творческий интеллигент Малахов, который напрочь забывал о своей интеллигентности, забивая ежевечернего «козла» и мог послать любого куда подальше. А огромный словарный запас и умение складно изъясняться, сделали его авторитетом простонародного стиля. Особо удачные перлы запоминались и применялись другими впоследствии на рабочих местах.
Поэтому было решено, что сын разведает обстановку с платными подставками, а отец проверит по своим каналам. Двадцать пять рублей за вид спорта, от месткома или профкома «заказчика», могли обеспечить столь необходимый финансовый ручеёк в семейный бюджет. Правда, батя поставил условие: Олег будет отдавать половину того, что заработал не ему, а маме. Всё-таки определение «хозяин семьи» обязывало. А хомячить полностью весь навар лично себе отказался сам Старков-подросток. Семья — дело святое и тяготы бытия следует делить.
Глава вторая
Третий вопрос был самым сложным — взаимоотношения в семье.
— Папа, я не идиот и всё вижу, — начал молодой парень, — и даже слышу по ночам. Вы с мамой хотите развестись уже два года, но никогда этого не сделаете и слава богу. Обоим нужен младший братик, он красивый и нужный вам ребёнок, а мной вы швыряетесь, как мячиком, перепасовывая друг другу. В принципе, я уже привык и даже кое-что нашёл взамен родительской любви — самостоятельность. Я вас не критикую, для меня родители вне зоны критики. Давай сделаем мудро: вы меня не чапаете за поведение — я не огрызаюсь за проявленную нелюбовь. Просто закроем глаза и дружно будем считать меня отрезанным ломтем.