А я… Мне все еще было неспокойно. Страх ушел, но его отголоски щипали душу.
Подняв голову, я уставилась на мужа, ожидая от него правды, не понимая ничего.
— Сейчас прибудет лекарь, — он поднял мою руку и положил на свое бедро. — Хочу услышать, что с тобой все хорошо. Доктору Трегору я доверяю полностью.
— Младшему? — уточнила я.
— И отцу, и сыну, — выдохнул он и повторил: — Хочу услышать, что с тобой действительно все хорошо.
— Я только замерзла и не более, — мне стало немного стыдно за свой нервный срыв.
— А я устал от всего этого, Ханна. Я же мужчина, и вот эти все козни бабские, что устроила эта старуха ради своего спивающегося сопляка, они меня выбешивают. Суета вокруг моего имени. Да и я хорош! Зачем корчить из себя того, кем не являюсь? Сразу нужно было под зад им дать, чтобы испарились из моего города, а не играться в благородство. Я не аристократ, милая, и никогда им не стану. Я разбойник с большой дороги, облагороженный, но сути моей это не меняет. Вот сынок наш, может, еще как-то и примажется титулом и воспитанием к аристократии, но не я. Так что, куда подальше все эти высокие моральные устои.
— И правда, спалишь постоялый двор? — пробормотала я, чувствуя легкое першение в горле.
— Да, в назидание остальным.
— Жалко, там неплохо. И люди хорошие работают, особенно повар. Помнишь его?
— Повар, — Шай приподнял бровь. — М-да… неплохой мужик…
И вдруг он усмехнулся и взглянул на меня с такой затаенной нежностью, что сердце удар пропустило.
— Нет, плохо ты на меня, Ханна, действуешь. Вот как я теперь устрою там пожарище? Совесть у тебя есть?
Теперь в его глазах светилось неприкрытое осуждение. А я что? А я ничего…
— Ну, зачем сжигать то, что приносит доход? Новых управляющих туда и пусть дальше работают. А сжечь можно входную вывеску с именем тетушки, чтобы все видели, что заведение больше не ее.
Я попыталась сесть ровнее, но перед глазами все поплыло. Стараясь не выдать себя, откинулась на подушку и почувствовала снова горечь во рту.
— Чай, Ханна?
Услышав Шая, я сморщилась.
— Да где Трегор! — муж подскочил и отправился к двери.
В коридоре послышались шаги. Распахнув дверь, Шай оскалился:
— Долго ходишь! — рявкнул на невидимого мне гостя.
— Не нагнетай, — раздалось в ответ. — Учитывая состояние твоей жены, ты должен быть спокойнее ледяного ключа, бьющего из-под земли…
— Вот не надо этих твоих мудростей, — оборвал лекаря Шай.
В комнату зашел знакомый мне молодой мужчина. Он улыбнулся и, подойдя к кровати, кивнул приветствуя.
— Довели! — вот и весь диагноз, поставленный мне мгновенно.