— Ваши родители, Ханна, так любили друг друга, что жили по разные стороны коридора максимально далеко друг от друга? — Он повернул голову, и по его губам скользнула жесткая улыбка. — Какие сильные чувства их… раздирали…
Ему в этот момент было смешно, а мне от его слов стало невыносимо больно. Опустив взгляд, я ускорилась и, наконец, обогнав его, отворила нужную дверь.
В нос ударил кислый запах. Застоявшийся воздух еще хранил в себе зловоние перегара и пота.
— Оставьте его на постели и покиньте наш дом, прошу, — не выдержав, я отшатнулась в сторону своей комнаты и остановилась там.
И это не укрылось от дракона. Он следил за каждым моим движением, словно изучал. Это нервировало. Пнув дверь, он распахнул ее шире и вошел размашистым шагом. Наступил сапогом на валяющуюся на полу белую рубашку, кажется, даже не заметив этого. Скользнул взглядом по заваленной вещами постели и резким движением скинул на ковер покрывало со всем этим грязным барахлом.
— А где же благодарность, леди Ханна? — Он сбросил отца на перину и, повернувшись ко мне, приподнял бровь, усмехаясь. — Какая-то вы не заботливая дочь. Я ведь мог оставить его в подворотне.
Он стоял там, а дышать было сложно мне. Эта вонь. Невыносимая, но такая знакомая. Чувствуя, как не справляюсь с отвращением, отвернулась и демонстративно уставилась на противоположную стену.
— Леди Ханна? — господин Ночной король покидать спальню отца не спешил.
— Леди Кенни! Для вас только так, господин… — я заметно замялась. — Не сегодня так завтра папенька снова окажется в этой подворотне. Дело времени. Устанете его спасать раз за разом. А сейчас закройте уже эту дверь и покиньте, пожалуйста, дом. Я не могу выказывать уважение к тем, кто проводит вечера в сомнительной компании выпивох и картежников. Кто считает незазорным являться с друзьями в дом, где проживает незамужняя девушка, и топтаться по ее репутации. Я не вижу разницы между вами и своим батюшкой. Нет у меня к вам уважения, господин… — я напрягла память.
— Шай О’Доэрти, — снова представился он, догадавшись, что я забыла его имя.
— Мне все равно, кто вы! — я покачала головой. — Я не обязана запоминать все имена собутыльников отца! Не обязана, понимаете!
На его лице мелькнуло непонятное мне выражение. Сострадание? Жалость? Усмехнувшись, дракон, наконец, вышел из комнаты и прикрыл дверь.
— Мне очень жаль, леди Ханна, но от вашей репутации не осталось ничего. Ваш отец пал так низко, что уже не подняться. Он погряз в долгах, и только моя благосклонность позволяет ему не захлебнуться в той самой грязи, в которой боитесь выпачкаться вы. Так что уже ровным счетом все равно, есть я в вашем доме или нет. И моей вины в том нет!