Он ведь просто наблюдает, так чего я разволновалась. Склонив голову набок, муж улыбнулся, уголки его губ приподнялись, а в глазах появились смешинки.
— Видишь, и ничего страшного, Ханна.
Он привстал и скинул с себя рубашку.
Жар снова лавиной накрыл мое тело, рано как-то я расслабилась.
Мои глаза, наверное, стали больше, потому как надо мной теперь возвышался и вовсе полуобнаженный мужчина.
Дракон.
— Шай, — шепнула я, облизав вмиг пересохшие губы.
— В постели не принято спать в рубашке и штанах, Ханна. Приличия. Разве это не так?
Я невольно моргнула в знак согласия.
Он взялся за ремень штанов…
— Боги, — простонала и позорно зажмурилась.
— Ну, не бог, но вроде как небезобразен, — поддел меня Шай. — Милая, я ведь знаю, что ты у меня невинная. Не стану я красоваться перед тобой без подштанников! А то так испугаю, что придется тебя к изголовью кровати привязывать, чтобы хотя бы в перспективе стребовать супружеский долг.
— Это так ужасно? — не удержалась я от вопроса.
— Супружеский долг? — его темная бровь приподнялась. — Только если ты задолжаешь мне ну слишком много.
Он поднялся с постели и снял с себя штаны.
Невольно охнув, ощутила, как жар заливает лицо. Из груди вырвался вздох облегчения.
Подштанники! Хвала тому, кто придумал эту деталь мужской одежды.
Этот невозможный дракон замер и демонстративно взглянул на потолок.
— Ты только подумай, Ханна, я уже почти раздет, а небеса еще не рухнули нам на головы. А теперь давай избавим тебя от платья, может, и после пол под нами не провалится.
— Перестань! — простонала, понимая, что он просто высмеивает мои страхи.
— Что значит перестань? Я еще даже не начал, — он подался вперед и схватил меня за лодыжку. Потянул на себя.
От возмущения я села.
— Шай! — взвизгнула, хватаясь за плед, застилающий постель.
— Только помогу снять эту тряпку, и все, — он сверкнул глазами. — Отдыхать положено в ночной рубашке, жена моя.
Закрыв пылающее лицо руками, я уже не знала, что и делать.
Он просто нагло таранил все стены, что я сооружала между нами. Крушил их улыбаясь. Пробирался ко мне и не позволял даже подумать немного.
— Ша-а-ай, — я взвизгнула, сообразив, что он уже каким-то непостижимым образом расстегнул половину пуговичек на платье за спиной. — Да придержи ты коней!
— И не подумаю, — он и вовсе уселся позади и принялся дальше воевать с моим нарядом. — Ты весьма опасна, прелесть моя. Моргну и лови потом свое счастье. Нет уж.
Подол пополз по моим ногам выше к талии.
— Мы его снимаем, — прокомментировал свои действия этот невыносимый ящер.
Поджав губы, я готова была расплакаться от бессилия.