— Но почему именно я? — не могла не спросить.
— Плохой вопрос, Ханна, но закономерный. Так вышло, что именно ты. Сначала интерес, любопытство. После осознал, что место тебе в моем доме, в моей жизни. Остальное как-нибудь потом, рановато для откровений.
Он осторожно перевернулся на живот. Протянул руку и сорвал травинку, отправив ее в рот.
Я невольно взглянула на его рану. Сердце заныло. На мгновение представила, что этой ночью он бы не вернулся домой. И что тогда?
Я бы снова осталась одна.
Вдовой. Поморщилась. Нет, этого я совсем не желала.
— Не рискуй собой так больше, — прошептала тихо. — Я не хочу, глядя в окно, как ты уезжаешь из поместья, гадать, вернешься живым или нет.
— Неужели все же мил?
— Не хочу больше присутствовать ни на чьих похоронах, — прошептала еще тише и полезла в корзину за бочонком с мазью.
— Ханна, бутерброды съедены, а ты не привыкла так долго находиться на природе. Лучше мы вернемся домой. Вечереет.
Подняв голову, я согласно кивнула.
Мы вместе собрали плед и положили его в опустевшую корзину.
Шай накинул на плечи рубашку и, обняв меня за талию, пошел по тропинке.
Я не сопротивлялась. Устала. Никогда не думала, что простое лежание на земле под лучами солнышка так расслабляет. Ощущение, что передвигать ноги — тяжкий труд.
— Ты больше на меня не злишься? — его вопрос оказался неожиданным.
— Не знаю, — ответила предельно честно.
— Ну, раз переживаешь, то небезразличен. Уже за это благодарю.
Я надула губы, но промолчала.
Врать не желала, как может быть безразличен тот, кто с тобой в одной постели спал. Трижды!
Фыркнув, невольно ускорила шаг.
В поместье вкусно пахло жареной курицей с чесноком. Забрав мазь, я оставила корзину в холле. Сама же поспешила в комнату. За мной шаг в шаг шел Шай, и только на пороге, открыв дверь, я сообразила, что он как бы с раной тоже желает прилечь.
Приподняв бровь, впала в легкий ступор. Комната ведь у нас одна на двоих.
— И что на сей раз? — склонившись, шепнул этот невозможный ящер.
— Думаю, я отдохну где-нибудь еще, — выдавила из себя, — а ты ложись и не вставай.
Рывок, и я вдруг взлетела вверх.
— Шай! — мой визг разнесся по коридору. — Что ты делаешь? Отпусти… Твоя рана. Шов…
— Я помогаю своей жене быть немного решительней. Куда ты собралась уходить, чтобы отдыхать?
Он донес меня до кровати и легко бросил на матрас.
Приземлившись на живот, я попыталась подняться, но ощутила, как колено Шая раздвигает мои ноги.
— Что ты делаешь?
Собственный голос звучал жалко.
Мужские руки скользнули под меня, и я ощутила настойчивые губы на моей шее. Легкие поцелуи покрывали кожу, порхая словно бабочки.