Тот самый врач гладил сухой морщинистой рукой по спине и приговаривал:
— Потерпи хорошая. Завтра станет легче. Потерпи.
Но он обманул и на этот раз. Легче не стало ни на следующий день, ни через неделю, ни через месяц.
Все это время я была в аду.
А Макс… с Любой.
***
— У тебя с… ней, — я так и не смогла произнести вслух имя его ассистента, замаскировав его жалким, ничего незначащим местоимением, — я так понимаю, роман?
— Нет. У меня с ней была связь.
Тело наливается свинцом. Я чувствую, как проваливаюсь в мягкие подушки дивана – конечности тяжелеют так, что я не могу двинуть даже пальцем.
«Соберись, — мысленно умоляю себя, — встань и выйди из комнаты, пока ты еще держишь лицо».
Поздно. Я на грани и не контролирую себя: подбородок дрожит, а глаза застилают невыплаканные слезы.
— Сонь…
Макс тянется ко мне, чтобы успокоить. Но от мысли, что сейчас он коснется меня, я холодею. Едва найдя силы, поднимаюсь и иду к двери. Медленно шаркаю ногами, словно постарела на двадцать лет.
— Соня, я никогда не изменял тебе. Даже в мыслях. То, что случилось… это было всего один раз.
— Один раз? Что ж ты сразу не сказал, Максик?! А я глупая зря расстроилась! — И прежде чем мой голос сорвется на противный писк, добавляю: — Давай вернемся к этому разговору завтра, потому что сейчас я очень устала. Надеюсь, у тебя хватит совести снять для себя отель на эту ночь?
Скорее бы дойти до кровати, накрыться одеялом и разреветься.
Но что-то останавливает меня. И уже на пороге я оборачиваюсь назад, чтобы еще раз посмотреть на своего мужа. Титов выглядит до того разбитым, что мне его почти жаль.
— Я просто не представляю зачем… нет, на хера ты все это мне рассказал?
— Потому что сегодня я узнал, что Люба беременна. Это мой ребенок, — прилетело мне в спину. И чтобы уж наверняка, Максим добивает: — У нас с Любой будет ребенок.
Мысли в голове как испуганные выстрелом птицы. Шумный хлопок и хаос.
Смотрю в лицо любимого, да бля*ь, все еще любимого человека и ничего не понимаю:
— Что, прости?
— Люба забеременела, — бормочет Максим, старательно уводя от меня взгляд, — она не принимает контрацептивы, а я…а у меня даже презерватива не было. Зачем они мне, когда я только с тобой?
Чей-то смех разрывает тишину квартиры.
Как больно! Больно и смешно вместе с ним.
Господи, неужели я смогу выдержать все это? Неужели не расколюсь, не рассыплюсь на мелкие кусочки?!
— Соня, сядь, пожалуйста. Сейчас я принесу тебе воды. Если что, мы вызовем скорую, — наконец смотрит на меня муж. Он выглядит как побитая собака, но его жалостливый вид не способен растрогать меня. Не сегодня. – Пожалуйста, не смотри на меня так. Я должен был тебе все рассказать. При нашей работе такой компромат просто недопустим.