– Спасибо Степе, – смеется Варя.
– Да, брат у тебя что надо, – улыбаюсь я, уже не сдерживая слезы. – Варюш, ты можешь все. Стоит только захотеть.
– Я знаю, мам. Ты постоянно мне говоришь об этом.
– Потому что это так и есть, – заявляю уверенно. – А если тебе понадобится помощь, я всегда рядом, независимо от того, в какой точке земного шара ты будешь находиться. Поняла?
– Поняла, – кивает.
– Так, давай брать себя в руки, перестаем плакать, а то макияж размажется. К тому же нам скоро выезжать, – быстро говорю я, аккуратно вытирая дочери слезы.
– А он приедет?
– Кто? Отец? – уточняю на всякий случай, хоть и отлично понимаю, кого Варя имеет в виду.
– Да. Он собирался прийти, но в связи с последними событиями я даже и не знаю.
– Ты про день рождения?
– Не только. Бабушка говорила, что он не выиграет выборы. У него есть проблемы с законом, и папу, скорее всего, снимут. А ты не знала об этом?
– Я знала, что есть проблемы, но не думала, что до такой степени.
– Я не уверена, что хочу его видеть, мам, – честно произносит дочь. – Несмотря ни на что, я люблю его. Я не могу не любить.
– Я понимаю твои чувства, милая. Придет он или нет, это не должно повлиять на твое настроение.
– Я боюсь, что он может испортить мне выпускной, – Варя поджимает губы и отводит взгляд в сторону.
– Не волнуйся, я не позволю ему сделать это, – заверяю Варю.
– Я пойду одеваться, – расплывается в широкой улыбке. Дочь обожает свое выпускное платье, и ей, конечно же, не терпится его надеть. – Мам, спасибо тебе за все. Я тебя люблю.
– И я тебя люблю, милая.
Вознесенский опаздывает на торжественную часть, но к выступлению Вари успевает. К счастью, мы с ним стоим в противоположных сторонах зала, и он не предпринимает попыток подойти ко мне. Выглядит Саша, мягко говоря, не очень. Несмотря на большое расстояние между нами, я замечаю его впалые глаза и осунувшееся лицо. Да уж… Несладко ему приходится. Но он сам заварил эту кашу, а значит, только ему ее и расхлебывать.
После официальной части Вознесенский находит меня.
– Привет, Аля, – неуверенно начинает он.
– Привет, – киваю.
– Аль, мне очень жаль, – на выдохе говорит муж.
– Саша, не начинай. Я не хочу снова выслушивать твои извинения, а потом чувствовать себя так, словно на меня вылили ведро помоев. Я не верю в твои раскаяния, – непроизвольно морщусь. – Не хочу ничего.
– Я понимаю, что у тебя другая жизнь, другой мужчина, – хмурится он. – Я понимаю, что потерял тебя. Поздно только понял.
– Ну это был всецело твой выбор, Саш, – пожимаю плечами.
– Самая ужасная месть за все мои поступки – увидеть тебя счастливой с другим. Я ведь считал, что ты никуда от меня не денешься. Что и дня без меня не протянешь, а всё оказалось в точности до наоборот, – грустно усмехается Вознесенский.