Я с трудом поднимаю веки и первым делом бросаю взгляд на часы, висящие напротив. Начало первого. Вот уж действительно хорошо погуляли. Я уже и забыла, когда просыпалась в обеденное время. Тянусь к тумбочке у кровати, где находится мой мобильный, и беру гаджет в руки. На экране светится несколько сообщений и звонков, один из которых от Стаса. Перезваниваю.
– Аля, добрый день! – торопливо произносит Меркулов. – Проснулась?
– Привет, Стас. Да, но я пока еще не вставала с кровати, – отвечаю я, нежась в постели. – Как дела?
– Я одержал победу, – радостным голосом сообщает он.
– Так ведь только середина дня, – я снова бросаю беглый взгляд на настенные часы.
– Ты еще не видела новости, как я понимаю?
– Нет. Что случилось?
– Твоему супругу предъявили обвинения в мошенничестве, и в связи с этим остановили процесс выборов. Он автоматически выбыл из кандидатов, – рассказывает Стас. – Такого я еще не видел, конечно.
– Я тебя поздравляю, – говорю неуверенно.
Ничего не могу поделать с собой – думаю о Саше. Несмотря на то, сколько боли он мне причинил, я бы не хотела для него такого итога. Вознесенский виноват сам – он мог жить, любить, работать. Его всегда ждали дома и относились к нему как к главе семьи – все как и положено, но моему супругу хотелось чего-то другого. Это был исключительно его выбор, и в такую передрягу он попал лишь потому, что однажды свернул не на ту дорогу.
– Думаешь о нем? – раздается голос на том конце провода, и я вдруг вспоминаю, что разговор с Меркуловым еще не закончился.
– Да, конечно, – отвечаю честно. – А как иначе? Серьезные обвинения?
– Серьезные, Аля. Ему поможет только хороший адвокат, – объясняет Стас. – И если у него его нет, то он получит по всей строгости. Так говорят мои знакомые. За ним давно охотились. Но доказательств было недостаточно. А теперь они появились.
– Это не ты? Извини, что задаю такой вопрос, но мне нужно знать, – спрашиваю прямо.
– Все в порядке, Аль. Нет, конечно. Я бы так не поступил с тобой и твоими детьми, – заверяет он.
– Скорее всего, он думает, что отмажется, – протягиваю я.
– Нет, Аля, он точно знает, в чем конкретно его обвиняют и что у них есть на него, – быстро говорит Меркулов. – Хочешь съездить к нему?
– Ты думаешь, меня пустят? – удивляюсь я.
– Да, сегодня как раз дежурит мой хороший знакомый. Я могу заехать через полчаса. Успеешь собраться?
– Да, спасибо, Стас, – отвечаю я, мягко улыбаясь, и сбрасываю вызов.
Мне нравится его чуткость и искренность. Меркулов действительно удивительный человек, а я еще никогда не встречала таких, как он. До знакомства с ним я даже не подозревала, что такие мужчины существуют. В моей жизни был Саша Вознесенский, отношения с которым для меня были нормой. Я не знала другого и считала нашу жизнь нормой до определенных пор. Но стоило только все разорвать, как жизнь заиграла разноцветными красками.