Он медленно опустился на стул напротив меня. Провёл ладонью по лицу, по волосам. Глубоко вдохнул. И когда заговорил снова, голос был другим чуть тише, увереннее, с нотками снисходительного терпения.
— Оля, — он покачал головой, словно разговаривая с неразумным ребёнком. — Ты ничего не понимаешь. Ты бухгалтер, да. Ты видишь цифры. Но ты не видишь картины целиком.
— Тогда объясни мне, — я откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди. — Я вся внимание.
— Эти переводы на «левые» фирмы, как ты их называешь, — он наклонился вперёд, понизил голос. — Это не воровство. Это схема. Понимаешь? Схема спасения.
— Спасения от чего?
— От всего! — он развёл руками. — От налоговой, которая в любой момент может прийти с проверкой. От кредиторов, которые висят на мне как гири. Ты думаешь, бизнес — это так просто? Купил-продал-заработал? Нет, Оля. Бизнес — это война. И чтобы выжить в этой войне, нужно быть умнее системы.
Я молча смотрела на него, ожидая продолжения.
— Я готовлю фирму к переформатированию, — он говорил теперь быстро, убеждённо, словно давно репетировал эту речь. — Спасаю активы. Вывожу деньги на безопасные счета — да, на счета доверенных лиц, людей, которым я могу доверять. Чтобы когда придут кредиторы, когда налоговая начнёт копать — здесь было пусто. Понимаешь? Пусто! А потом, когда всё уляжется, эти деньги вернутся. К нам. К тебе и Лизе.
Он смотрел на меня с таким искренним выражением, с такой убеждённостью в собственной правоте, что на секунду я почувствовала знакомое сомнение. Может, я действительно чего-то не понимаю? Может, он правда пытался защитить семью, просто методами, которые мне недоступны?
Раньше я бы поверила. Раньше я бы испугалась, что своими действиями разрушила какой-то гениальный план. Раньше я бы извинилась, отменила распоряжение, отступила.
Но сейчас перед моими глазами стояло другое. Белоснежная рубашка. Серебряные запонки. Алина на крыльце его офиса, тянущаяся к нему с мольбой в глазах.
И имя в документах. Ратманова Елена Васильевна. Мать его любовницы.
— Интересная версия, — сказала я медленно, и мой голос прозвучал почти задумчиво. — Очень интересная. Значит, ты спасал деньги для нас? Для меня и Лизы?
— Да! — он подался вперёд, схватил мою руку. — Именно так! Я делал это ради вас! А ты своим аудитом всё заморозила! Теперь деньги застряли, и нас накроют! Ты понимаешь, что будет, если налоговая увидит эти транзакции?! Они начнут копать, найдут схему, и тогда…
— Андрей, — я мягко высвободила руку из его хватки. — Если ты спасал деньги для нас, объясни мне одну вещь.