Перевожу взгляд на Влада. Тот молча берёт со стола чистый лист, пишет сумму и протягивает Казанскому.
— Что это?! — Владлен шипит, будто ему подсунули дохлую крысу.
— Сумма, которую ты получишь после развода со мной, — объясняю я, тщательно подбирая каждое слово.
Цифра смешная. Я бы в жизни не предложила ее Владлену, если бы хотела договориться с бывшим. Но я не хочу. Поэтому отыгрываю свою роль до конца.
— Можно разовой выплатой, можно разбить на несколько на протяжение, ну скажем, лет пяти.
Господи, эти деньги не покрывают даже половину наших накоплений. Не говоря о том, что останется, реши я продать или выкупить свою долю в ресторане или салонах! А ведь еще дом! Еще машины! Представляю, в какой ярости сейчас Казанский…
Он молчит, и кажется, не дышит.
А потом начинает смеяться.
Сначала тихо, затем чуть громче. Хватается за голову, трясётся, будто в припадке, вытирает проступившие слезы.
Пока муж бьется в истерике, я спокойно рассматриваю маникюр. Красный. Почему-то раньше я выбирала скучный беж, а сегодня утром вдруг захотелось чего-то острого, как перец чили.
И помаду такую же… Но для администрации это слишком. А вот вечером… когда мы с Яшиным будем отмечать нашу маленькую победу…
— Ты совсем ебнулась?! — Владлен бьёт кулаком по столу, прерывая мои мысли.
Его глаза воспаленные, красные, аккурат в тон моего лака для ногтей.
Раньше такой взгляд пугал меня.
Теперь — забавляет.
— Что-то не так? — спрашиваю я нарочито спокойно.
— Всё не так! — он рычит. — Ты совсем поехала, раз приперлась сюда со своей дворнягой и строишь из себя бизнес-леди!
Яшин равнодушно осматривает кабинет, будто всё это его не касается.
— Я могу упечь тебя в психушку! — Казанский брызжет слюной. — Но не стану. Мне, в отличие от некоторых, дорога собственная репутация!
Он тяжело дышит, вытирая пот со лба:
— Сейчас вы уйдёте, а я делаю вид, что этого разговора не было. Завтра встретишься с моими адвокатами и узнаешь, что ты получишь после развода со мной.
Пауза.
— И чтобы ни ты, — он переводит взгляд на Влада, — ни твоя сибирская шавка не смели рыпаться. Есть вопросы?
— Гав! — невозмутимо отвечает Яшин и, высунув язык, начинает дышать точь-в-точь как Граф.
О Господи! Рожа у Владлена краснеет настолько, что я начинаю опасаться, не перегнули ли мы, потому что, кажется, у мужа вот-вот случится инфаркт.
Хотя, если подумать, похороны обойдутся дешевле, чем дележ совместно нажитого. Так что не даю бедняге опомниться и добиваю, сладко растягивая слова:
— Милый, кажется, вопросы должна быть у тебя. – Поворачиваюсь к Яшину, губы сами расплываются в улыбке. — Влад, пожалуйста, расскажи, моему супругу, что будет дальше. А то он, кажется, не понимает, во что ввязался.