Подружка Ленки, всхлипывая, выкрикивает название улицы и номер дома в поселке на окраине и отключается.
Я смотрю в навигатор, бросаю телефон на панель, резко выкручиваю руль и с визгом шин разворачиваю тяжелый внедорожник прямо через двойную сплошную. Встречные машины сигналят, но мне плевать. Втапливаю педаль газа в пол и лечу спасать свою непутевую жену.
Скорость бешеная. Двигатель ревет.
Обгоняю попутки, чудом втискиваясь между бамперами и едва избегая аварии на перекрестке. Эля сдавленно пищит и вжимается в кожаное кресло, вцепившись обеими руками в ручку над дверью.
— Руслан, что происходит?! — кричит, перекрывая шум мотора.
До хруста сжимаю челюсти, глядя на дорогу. Мне нельзя отвлекаться. На такой скорость одно неверное движение — и мы два трупа в смятой консервной банке.
— Помолчи, — рычу.
— Ничего себе помолчи! — взвизгивает любовница. — Если мы сейчас разобьемся насмерть, я даже не узнаю, куда мы так спешили! Ты из-за своей курицы готов так рисковать нашими жизнями?!
— Эля, просто заткнись! — ору, не сбавляя скорости.
Мы влетаем в поселок, петляем по улицам, разгоняя кошек, собак и голубей. Живность едва успевает убраться с дороги.
Бью по тормозам у нужного переулка. Машина замирает, клюнув носом. Выскакиваю из салона, хлопая дверью и сразу их вижу.
Лена лежит прямо на старых деревянных мостках у какого-то обшарпанного барака. Бледная как полотно, безвольная, словно кукла с перерезанными ниточками. Рядом на корточках сидит Наташка и заливается слезами.
— Что с ней? — подбегаю, падаю на одно колено и хлопаю жену по щекам. Кожа ледяная, несмотря на тридцатиградусную жару.
— Не знаю! — воет Наташка, размазывая тушь по лицу. — Просто упала, и всё! Замертво!
— Как вы вообще здесь оказались?! Какого черта вас сюда занесло?
— Да какая разница?! — орет на меня Лебедева. — Она сейчас умрет! Ей в больницу надо, срочно!
Ругаюсь сквозь зубы, подхватываю жену на руки. Она кажется неестественно легкой и обмякшей. Несу к машине.
— Открывай заднюю дверь! — командую Наташке. — Садись на сиденье. Я с другой стороны ее уложу, голову возьмешь к себе на колени. Быстро!
Заталкиваю их назад, захлопываю дверь и прыгаю за руль.
На переднем пассажирском сидит Эля, недовольно скрестив руки на груди. Губы поджаты, брови пытаются съехать к переносице, но ботокс не позволяет.
Она оборачивается назад, окидывая взглядом бледную Ленку и растрепанную Наташку.
— Здрасьте! — цедит с откровенным раздражением.
— И вам не хворать, — ядовито парирует Лебедева, прижимая к себе голову моей жены.
Дереал какой-то! Просто комбо! Жена и любовница в одной машине!