Пришлось взять этот скрипучий Логан, провонявший дешевым пластиком и чужими сигаретами. Контраст с моим разбитым внедорожником просто убивает.
В половине первого ночи наконец-то добираюсь домой. Вымотанный, злой, с гудящей головой и урчащим от голода желудком.
Открываю дверь в квартиру, делаю шаг вперед в кромешную темноту, привычно шаря по стене рукой в поисках выключателя, и едва не падаю на пол, больно споткнувшись обо что-то массивное.
Громко матерясь сквозь стиснутые зубы, кое-как удерживаю равновесие. Нащупываю кнопку, щелкаю выключателем. Вспыхивает свет.
Замираю и пораженно смотрю на пол. Прямо поперек коридора выставлены два огромных чемодана и необъятный клетчатый баул.
Это что за новости?! Ленка решила меня бросить? И куда она пойдет, на ночь глядя? К тетке в деревню поедет грядки полоть? Или к подружке своей чокнутой Наташке на коврик в прихожей?
Раздаются тихие шаги. Из комнаты в халате, наброшенном поверх ночной рубашки, выходит жена. Лицо бледное, осунувшееся, но во взгляде нет привычной покорности.
— Не кричи, Алёнка спит, — шипит недовольно, скрещивая руки на груди.
— Какого хрена ты тут баррикаду устроила? — возмущаюсь, стараясь приглушить тон, хотя внутри все кипит от усталости и злости. Пинаю ближайший чемодан носком кроссовки.
— Я собрала твои вещи, Руслан, — ровным голосом отвечает она. — У тебя есть любимая женщина, вот и отправляйся к ней.
Смотрю на нее, как на умалишенную.
— С дуба рухнула? Или башкой в аварии ударилась и совсем крыша улетела?
— Это у тебя с головой не все в порядке, если ты думаешь, что я смогу простить измену.
Господи, за что мне это? У меня адский день, разбитая в хлам дорогая машина, разборки со страховкой, а теперь еще эти дешевые кухонные драмы!
— Я ничего не думаю, — цежу, стягивая пиджак и бросая его на пуфик. — Спать хочу, как хрен знает кто. Ты на часы смотрела? Половина первого! Давай утром поговорим.
Пытаюсь обойти чемоданы, чтобы пройти в спальню, но Ленка преграждает путь.
— Хорошо. Но ты спишь на диване в гостиной.
Останавливаюсь. Закипаю окончательно.
— С хрена ли, дорогая? Я сплю в своей кровати. А если тебе не нравится мое присутствие — можешь сама перебраться на диван.
— Верещагин, мне кажется, ты не понял…
Грубо перебиваю:
— Когда кажется — креститься надо! Всё. Я спать. И вещи мои завтра разбери обратно. Я никуда уходить не собираюсь.
Отодвигаю жену плечом и прохожу в спальню, с грохотом захлопнув дверь. Снимаю одежду, падаю на матрас.
Сплю один. Ленка не только сама ушла на неудобный жесткий диван в гостиную, но еще и дочку с собой утащила, словно я какой-то прокаженный.