Дина, моя помощница, приходит с утра на работу в образе женщины-вамп. Откровенное платье, боевой раскрас, сложная прическа.
За последние месяцы она кардинально изменилась: похудела у дорогого нутрициолога, подтянула фигуру в бассейне, прошла курсы у стилиста. И я, идиот, безропотно оплачиваю все «хотелки». Чувствую себя в какой-то мере виноватым, что не оправдал надежд. Но, кажется, перебарщиваю: Динка уже откровенно начала наглеть.
В тот злополучный день возвращаюсь из суда после обеда, злой и уставший. Сразу сажусь за бумаги, в голове гудит. Нужно подготовиться к завтрашнему заседанию, а там еще конь не валялся.
Слышу, как открывается дверь в кабинет, и в проеме появляется Дина. Короткое, обтягивающее платье едва прикрывает задницу. Черные туфли на запредельной шпильке — здравствуй, гипс.
Медленно покачивая бедрами, приближается к столу, напевая дрожащим голосом «Happy Birthday to You». В руках у помощницы небольшой, круглый тортик, на котором полыхает целый костер из свечей.
Отодвигаю кресло и поднимаюсь, чувствуя, как по шее расползается краска смущения.
— Олег Александрович, загадайте самое заветное желание и задуйте свечи, тогда оно обязательно сбудется! — предлагает Дина, глаза как-то лихорадочно блестят, она то и дело облизывает блестящие губы.
Желание у меня одно, простое до боли. Я смотрю на огоньки и мысленно произношу: «Пусть Лена поправится. Пусть она снова станет счастливой». Набираю в грудь побольше воздуха и задуваю все тридцать восемь свечей.
Помощница ставит торт на край стола, делает шаг вперед и прежде, чем я успеваю что-либо сообразить, обвивает мою шею руками. Ее тело прижимается ко мне.
— С Днем рождения, любимый шеф! — шепчет девушка и целует меня прямо в губы. Нагло и требовательно.
Чувствую вкус коньяка.
Она что, выпила? Для храбрости?
Совсем девка с ума сошла!..
И в эту самую секунду боковым зрением вижу движение в дверном проеме.
Там стоит Лена. Бледная, как полотно. Смотрит на нас огромными, влажными от ужаса глазами, рот приоткрыт в беззвучном крике.
А потом ее лицо превращается в маску боли, она резко срывается с места и убегает.
— Да твою же мать! Дина! Ты сдурела?! — рывком отталкиваю от себя помощницу, и мой голос срывается на рев.
— Что? Я же вас просто поздравила! — лепечет идиотка, мгновенно краснея. — Мне показалось, что вы загадали, чтобы я вас поцеловала…
— Когда кажется, креститься надо! — рявкаю во все горло, срываю со спинки кресла пиджак и бросаюсь вслед за Леной.
Выскакиваю на крыльцо и попадаю в объятия снежной пурги.
Ветер швыряет в лицо горсти колючей ледяной крупы. Вглядываюсь в белую круговерть, пытаясь найти знакомый силуэт в норковой шубке, которую подарил на наш первый семейный Новый год.