— Я буду платить за аренду, — сказал Роман, — если ты пустишь меня здесь жить. Я — беспроблемный сосед, на работе почти все время… ну, ты знаешь.
— Ну, значит, сосед, — Катя усмехнулась и достала из холодильника бутылку шампанского. — Выпьем, получается, за соседство… Или тебе нельзя из-за лекарств?
— Нельзя. Но давай выпьем.
У шампанского всегда был вкус Нового года, нового начала.
— Аренда восемьдесят тысяч по договору, — Катя красиво раскладывала по тарелке сыр и ветчину из нарезки. — Ну и на хозяйство надо вкидываться. Тысяч сто двадцать в месяц.
— Сколько? — опешил Роман.
Лера просила у него в разы меньше — и то не каждый месяц.
Катя приподняла тонкую бровь:
— Ну не дерьмом же из «Шестерочки» питаться… На себе экономить — в конечном итоге дороже выйдет, знаешь, сколько лечение сейчас стоит? Нет, ну если для тебя дорого, можно на приходящей уборщице сэкономить. Составить график и самим унитаз мыть…
Роман почесал шею. Жизнь складывалась так, что мыть унитаз ему никогда не приходилось, это всегда делал кто-то другой. В его детстве — мама, в общаге и в офисе — уборщица, дома — Лера. Это казалось настолько естественным, что он даже никогда об этом не задумывался.
Начинать чистить унитаз собственными руками он определенно не был готов. Но и причин требовать этого от Кати у него не было.
Роман привык считать себя успешным состоятельным айтишником, но названные Катей суммы несколько подорвали уверенность в этом и оставили на приобретение нового жилья… не так уж много. Тем не менее ни на разрыв, ни на торг с Катей у него никаких моральных сил не было.
По крайней мере Катя, в отличие от Леры, не могла его предать — иллюзий у Романа не было, он с самого начала понимал, что любовницу интересует в основном как источник разного рода благ — служебных или материальных. Для поиска новой женщины и третьего захода в отношения все равно нет ни воли, ни желания, ни веры, что что-то пойдет по-другому. Не лучше ли брать от жизни то хорошее, что она еще способна дать?
Шампанское искрилось в бокалах, Катя смотрела на него, слегка улыбаясь, пуговицы на ее рубашке были расстегнуты чуть ли не до середины — и Роман сделал выбор в пользу того, что в этот тяжелый период жизни дарило ему радость.
Продержаться бы, пока этот кошмар с разделом имущества не закончится…
Этот кошмар с разделом имущества наконец закончился. Суд принял решение, истек месяц, отведенный Роману на апелляцию, юрист передал исполнительный лист в банк — и Лера стала женщиной с многомиллионным состоянием. Свободной женщиной — сам развод на фоне суда прошел незаметно, просто еще одно казенное присутствие и еще несколько бумаг…