Я мог воевать с кем угодно, но только не с женщиной. Которую я уже обозначил как свою. Я искренне не понимал, зачем тратить нервы на препирательства, если можно просто согласиться. Мне несложно, ей приятно, а дальше по обстоятельствам. Экономит силы, время и нервные клетки.
На которых Юлька виртуозно умела играть. Разгон от полного охреневания до состояния пушистого зайки был ровно в пару сказанных ей предложений.
Два подкидыша из ада снова ввели меня в ступор. Они просто поболтали, а я прошел все стадии глухой ревности.
Однако я не мог не согласиться сам с собой: если бы не тот разговор, все могло бы сложиться иначе, и эта девчонка сейчас была бы где-то, где нет меня. А меня такой вариант уже не устраивал.
Я наконец познал чувство настоящей влюбленности и, как пацан, писал ей сообщения и водил на романтические прогулки. С романтикой у меня были сложные отношения, но старался как мог.
И дымился от желания каждый раз, когда она находилась на расстоянии вытянутой руки. Но я дал ей слово, и своих обещаний я не нарушал. Да и самому страшно было. А вдруг ей не понравится? Или я сделаю что-то не так, и ей будет больно?..
Загнался так, что чуть было не пошел в библиотеку – искать нужную литературу. Представил, как будет ржать библиотекарь, и передумал. Как-нибудь сам разберусь!
Юлька сияла и светилась, а я… Тоже сиял оттого, что ей хорошо.
Меня даже перспектива вечернего пришивания страз не сильно опечалила. Напрягла, но не опечалила.
Она медленно выбралась на улицу, а я пошел за ней, вспоминая слова классика из опергруппы, что с этой девчонкой мне никогда не будет скучно.
Юлька умела держать в тонусе и уже пыталась мной управлять. В ее неповторимом, чуть наивном стиле, но так, что отказать уже не получалось.
Я вышел на улицу, щурясь от яркого солнца, взял Юльку за руку и повел в места обитания пищи телесной.
А она уже начала привыкать ко мне. Сама доверчиво вкладывала свою ладошку в мою, иногда сама тянулась за поцелуем, немного смущаясь и краснея.
Потихоньку, но я приручал этого дикого котенка к рукам. И даже начал получать от этого удовольствие. От самого факта ухаживаний.
Над головой звякнул колокольчик, а в нос ударили божественные запахи вкусной еды. Мой желудок напомнил, что мы не ели со вчерашнего дня, и заурчал, что не укрылось от Юльки.
– Вчера в обед ел в последний раз, – объяснил я в ответ на ее негодующий взгляд.
– Всю ночь преступников арестовывал? – с живым любопытством спросила она.
А я добавил очередной плюс в ее копилку. Юльке правда было интересно узнавать, где я, что со мной, о чем я думаю, чего хочу от жизни. Не показной интерес, а искренний, настоящий.