— Они потом проставлялись, — смеётся Димон. — Всем учителям, все трое, тобой премированных.
— В школе как — порядок?
— Железный! — подтверждает Ерохин. — Всех в кулаке держим.
Как в анекдоте: ну, хоть дома всё хорошо. Хотя у меня вроде везде неплохо, тьфу-тьфу-тьфу…
Восточный вокзал — метро — Ленинские горы — ДСЛ МГУ
Раскладываю на полку книги и другие принадлежности, возвращённые из камеры хранения. По случаю начала учебного года в субботу и воскресенье хозяйственные службы работают. Фоном трындит Костя Шакуров, Куваев ещё не приехал. С него станется только утром в понедельник прибыть. Любит он в последний момент появляться.
— Ты, Колчин, городской и прелести жизни в деревне не понимаешь… — разглагольствует Ксенофонтий.
Он это чего? Задумываюсь и пытаюсь вспомнить, вроде рассказывал, что лето планирую провести на воле, в деревне? Не могу вспомнить. Не, ясно помню, что говорил, но был ли при этом Ксенофобий? Моя память в таких бытовых вещах иногда сбоит. Это же не точные науки, в которых мне не вспомнить, а забыть трудно.
— Свежее молоко, сметана… о, её, как масло, можно намазывать, — стонет при одной мысли о деревенских деликатесах Константинополь. — А сало? О, если б ты знал, Колчин, какое там сало!
— Не понял? — вонзаю требовательный долгий взгляд. — Ты что, не привёз? Так. Собирайся и дуй обратно за своим салом! Одна нога здесь — другая там.
— Да привёз, привёз! — отмахивается Ксаверий. — Не то что некоторые, с пустыми руками возвращаются…
Это он мне напомнил! Выдвигаю рюкзак, иду на кухонную половину. Выкладываю в холодильник и на полки:
1. Варенье клубничное;
2. Варенье из жимолости;
3. Варенье малиновое, две банки;
4. Варенье вишнёвое;
5. Грузди маринованные;
6. Белые грибы маринованные;
7. Плотва солёно-сушёная.
У-ф-ф-ф! За мной заворожённо следит Констанций.
— Мясо-молочную продукцию везти не рискнул, — поясняю особенности своего ассортимента. — Лето, а везти долго. Скиснет. Сало тоже не стал брать, знал, что ты привезёшь.
На самом деле Басима поросят не держит. Но я у любого мог в селе разжиться. По сходной цене. А кто-то мог и бесплатно дать, из уважения.
— Ты же вроде в областном городе живёшь…
— Нет, Константинус, ты заблуждаешься. Летом я обычно в селе живу.
Констандоглу впадает в скуку, не удалось хоть как-то возвысить своё значение и статус. С Куваевым и пытаться не будет. Тот привезёт кедровые орехи, варенье из совсем экзотических ягодных видов: морошки, клюквы, брусники. В средней полосе такое не найдёшь.
— Вроде всё, — оглядываю обиталище.
Единственный не гармонирующий с остальной обстановкой элемент — Константиновский.