— Он не всесилен, — голос Захара раздался прямо над ухом.
Я рывком обернулся. Передо мной снова стоял он, совершенно невредимый. Только в этот раз он был более правильным: такой, какой надо взгляд и цвет радужки. Никакой натужности.
— Какого фига это было? — Спросил я.
— Он застал меня врасплох, — Захар вздохнул, — пришлось отбиваться. Жаль, что наше время почти закончилось.
— Он — эта та самая штуковина, да? — Спросил я, — которая устроила в этом мире вот это вот всё?
— Одно из его проявлений, — кивнул Захар, — не самое сильное. Он пытался взять тебя наскоком. Думал сбить с толку. Продержаться до конца времени твоего сна. Но теперь тебе действительно пора.
Захар развернулся и направился в сторону холма, над которым парил слизень.
— Стой! — Окликнул я его, — подожди. Что Ли задумала?
— Мне это тоже не нравится, — ответил Захар, не оборачиваясь.
И в этот момент сон стал терять реальность, расплываться.
Я провалился в чёрную темноту безвременья.
А, когда проснулся, помнил только странные обрывки нашей встречи. Не было того ощущения ясности, которое обычно сопровождало те сны, в которых мы встречались с Захаром.
Я был один в салоне, на заднем сиденье. Одно из окон было приоткрыто. Налетело комарьё; я уже чувствовал, как чешутся руки — эти твари успели как следует закусить мной.
На стёклах и сиденьях плясали отблески огня.
Я с кряхтением поднялся. Дёрнул на себя ручку двери — та с лёгким щелчком поддалась. Я выбрался наружу, разминая ноги.
Возле нас стояли ещё несколько авто. Просёлочная дорога уходила куда-то вглубь тайги.
«Интересно, клещи активны по ночам?» — думал я, с подозрением разглядывая траву.
Я был на небольшой поляне, в центре которой горел огромный костёр. Возле костра стояли люди, среди которых я легко узнал и профессора Ли, и водителя нашей машины.
Почему-то только в этот момент я вспомнил про книгу. Хлопнул себя по груди. Но нет: фолиант был на месте.
Ли оглянулась и посмотрела на меня, улыбнувшись. После чего поманила меня ладонью.
Я нехотя пошёл к ней.
Как-то совсем не так я себе представлял нейтрализацию опаснейшего артефакта, из-за которого целый мир был под угрозой.
Когда я подходил к огню, то обратил внимание, что на траве вокруг есть выделяющиеся участки: где-то торчали небольшие, плоские и обветренные камни, где-то просто трава была темнее.
Я вошёл в режим на пару секунд. Так и есть — камни располагались не просто так; возможно, это была древняя обсерватория, которая отмечала дни равноденствия и солнцеворота, а также расположение некоторых звёзд.
— Что тут происходит? — спросил я, когда оказался рядом.