Терса догнала меня и, переводя дыхание, махнула рукой в сторону дома за деревом:
– Иккензор дальше холма не растёт. Дедушка сказал, потому, что пригорок мешает ветру разнести семена. – Она хихикнула в кулак и хитро покосилась на меня: – Но думаю, это потому, что здесь заканчивается наша сухая земля. Мы раньше ничего не могли вырастить, в то время как Новэрсы снимали по два урожая в год!
– Хм, – я отвлеклась от раздумий и, обернувшись, окинула взглядом фиолетовое море, раскинувшееся внизу передо мной. – Если имение не приносило дохода, то как же вы жили?
– Пока отец был с нами, я об этом даже не задумывалась, – нервно улыбнулась девушка. – Только потом узнала, что у него были и другие доходы. Только за счёт его денег мы могли сводить концы с концами. Теперь же с каждым годом становится всё сложнее.
Она помрачнела, а я приобняла девушку за плечи:
– Но теперь тётушка получила небольшой доход. Я очень надеюсь, что эти деньги облегчат наше существование.
Намеренно сказала «наше», так как надеялась навсегда остаться там, где никто не заподозрит, что в пышном теле Эстэши теперь живёт попаданка Стеша. Мне нравились и эти фиолетовые поля, и безумный аромат, который разносил горячий ветерок, и уединённость поместья.
Что же до неприятных соседей, то этот вопрос тоже легко решается.
Улыбнувшись пришедшей в голове мысли, я потянула Терсу вниз по холму:
– В той стороне, где темнеют кусты, мне кажется, как раз растут подходящие цветы. Там тенёк, так что они ещё не успели распуститься.
Я оказалась права, и мы с девушкой аккуратно собрали иномирную лаванду в корзинки и, весело болтая, направились к дому. Тётушка всё ещё руководила разбором багажа, а красная от усердия Ина раскладывала вещи в аккуратные и не очень стопки.
Мы проскользнули мимо, решив не мешать процессу, и направились прямиком на кухню.
– Такое масло подойдёт? – Терса указала на большую бутыль тёмного стекла, закупоренную тканью, свёрнутую в трубочку. – Только оно самое дешёвое, из лива.
– Из чего? – переспросила я.
– Из плодов лива, – пояснила она и протянула мне бутыль. – Оно не такое нежное и ароматное, как из орехов. Ты не знала, что такое есть? У вас его, наверное, и слуги не едят! Запах у него очень уж… своеобразный.
Понюхав, я резко выпрямилась и ахнула:
– Так это оливковое!.. – Осеклась и улыбнулась девушке. – Да, я узнала запах масла из лива. Вообще-то оно лучше всего подходит для наших целей. Ты уверена, что мы можем это использовать? Тётушка не будет ругать, если возьмём всю бутыль?
– Не будет, – отмахнулась Терса и вдруг застенчиво потупилась. – Вообще-то нам оно бесплатно достаётся, ведь его делают в нашей деревне. Собственно, это единственный доход поместья, потому что на сухой земле растут только ливы.