– Думаю, такие новости будут держать в тайне как можно дольше.
– Почему? – удивился Совье.
– Это не объяснить в двух словах.
– Объясните в трёх.
– В Шерре сложная ситуация с престолонаследием. Покойный король Филипп был последним отпрыском старшей правящей ветви, его жена и оба сына трагически погибли. Дальше идут Сверрéны и Веррены. У Сверренов, за исключением девяностолетней старушки, имеются пятнадцатилетняя девочка и двенадцатилетний мальчик. Будь наоборот, мальчик мог бы предъявить права на трон.
– Насколько я в курсе, по законам Шерры женщины не могут править, – мрачно вставил Совье.
– Править? – усмехнулась я. – Господин Совье, женщины в Шерре – собственность отца или супруга. Они до сих пор живут в рамках трёх «бес».
– Трёх «бес»? – заинтересованно переспросил он.
– Бесправны, беспомощны, бесполезны.
– Хорошо, что это не слышит Её Величество… Значит, Сверрены на корону не претендуют.
– Остаются Веррены. Гви́до Веррена после смерти жены хватил удар, он наполовину парализован. Дэмиен Веррен, его сын, – я постаралась произнести имя равнодушно, – умён, осторожен и очень богат. Готова поспорить на что угодно, он постарается подкупить аристократию Шерры, чтобы и речи не зашло о младшей ветви королей – Ларрéнах. Ларрены многочисленны, энергичны и предприимчивы, кстати, нынешний государь тоже из этого рода. Если мои догадки верны, то он скончался, не оставив наследника. Чтобы заполучить престол, Веррену следует пресечь любые слухи, заручиться поддержкой знати и объявить себя государем Шерры одновременно с известием о кончине прежнего короля.
– Дэмиен Веррен – ваш бывший муж? – уточнил Совье.
– У вас хорошая память, – кисло ответила я.
– Как положено особисту. А вы отлично строите версии. Даже удивительно, что вы не хотели работать в Розыскном.
– Напрасно отрицала неизбежное. Господин Совье, мне следует посмотреть госпожу Кувер. Хотя бы для того, чтобы убедиться в правильности своих подозрений. Будет досадно, если над ней пошутил кто-то из недовольных клиентов, а я столько всего нафантазировала.
– Собственно, я за этим и приехал. Но у вас сегодня в некотором роде праздник, – он запнулся.
– Надеюсь, мы не задержимся дотемна. Я только оставлю записку.
Записку я оставила на столе у Рена на кухне. Внизу нас опять ожидала карета с гербами, кучер спрыгнул с ко́зел и распахнул дверцу.
– Пыль в глаза? – усмехнулась я.
– Я обедал с Ингером, – хмыкнул Совье. – Заявиться на обед к министру в служебном экипаже означает выставить себя жмотом.
Он подсадил меня и повернулся к кучеру:
– Ти́бо, дом девять по Широкой улице.