— Обещаю. Я сделаю всё, чтобы тебя сберечь, Гвен. Чего бы мне это ни стоило.
Его слова успокоили. Я уткнулась лицом в его грудь и замерла, а потом спросила:
— А что у тебя на виске? Вот это?
Указала на змеившуюся странным узором голубую печать на левой стороне его лица.
— Это родовая печать, Гвен. Все магически одарённые дети рождаются с такой. Так как я ещё не женат, то ношу печать своих родителей. Когда мы поженимся, она изменится, станет чем-то общим между нашими с тобой печатями, и наши дети станут носить уже её, общую.
— Как интересно… А если муж один, а отец у детей другой? Какая тогда будет печать? — удивлённо спросила я.
Ирвен аж вздрогнул.
— Что ты имеешь в виду? — напряжённо уточнил он.
Разве не очевидно было, что именно я имела в виду?
— Ну… супружескую измену…
— Такое только в старых легендах бывает, Гвен. Даже не знаю, с чего ты вдруг заговорила об этом. За измену жестоко карают боги, и никто в здравом уме не пойдёт на подобный шаг, так что никаких измен быть не может.
— А внебрачные дети бывают? — растерянно уточнила я.
— Да. Они рождаются с такой печатью, которая получится у родителей при вступлении в брак. Но родить ребёнка с отличающейся печатью… Это… — он замялся, подбирая слова, — очень позорно и сильно осуждается.
— Ясно… — протянула я. — А я случайно не бастард?
— Нет, что ты, — нахмурился он. — Ты родилась в семье, некогда занимавшей крайне высокое положение в Империи. Правда, теперь ваш род сильно обнищал, а твои родители погибли несколько лет назад, но ты — законная Боллар, старшая дочь.
От сердца отлегло. Ирвен нежно погладил меня по щеке и взял за пострадавшую руку. Осмотрел, а потом спросил:
— Болит?
— Немного, — признала я.
— У тебя был вывих, но целитель сказал, что кости не сломаны.
— Что произошло вчера? Почему я ничего не помню?
— Я не могу рассказать. Рассказ может всколыхнуть воспоминания, а это опасно. Ты хотела навредить себе, я это предотвратил.
Ответ не принёс удовлетворения. С одной стороны, я не испытывала перед ним страха, с другой — чувствовала, что он говорит неправду. Я не могла быть его невестой. Всё внутри восставало против мысли об этом. Но вслух обвинять не стала. Замолчала и затаилась, решив понаблюдать.
Ирвен снова погладил меня по лицу.
— Не веришь? — горько усмехнулся он. — Жаль. Но это не имеет значения. Мне необходимо уехать и встретиться с твоим братом. Думаю, что у него будут нужные мне ответы. Мы знакомы всего месяц, но мне казалось, что мы узнали друг друга достаточно хорошо и сблизились. А вчера ты сделала нечто, выходящее далеко за пределы того, что я ожидал и считал возможным.