Прикрыла глаза и спокойно дышала, игнорируя взгляды двух жестоких чужаков по соседству.
Экипаж внезапно остановился. «Жених» придирчиво осмотрел мой наряд, а потом пробормотал несколько слов и выплел заклинание — оно легло на ткань ажурным пологом и прикрыло некрасивые прорехи. Свадебное платье засияло, словно я поймала под кружевной подол стайку заблудившихся светлячков.
— Мы на месте. Выходи, Гвен. И помни: когда жрец спросит тебя, согласна ли ты на брак, ты обязана ответить, что да. Только одно слово, Гвен. И это тоже приказ.
Мы вышли из экипажа, и я замерла, поражённая красотой храма. Вроде не тот момент, чтобы застывать от восхищения, но я никогда в жизни не видела ничего подобного. На каменистом диком холме прямо в центре города возвышалось величественное здание, над куполом которого поднималась пронзительно-голубая, невероятно огромная луна. Её лучи насквозь пронизывали весь храм, заставляя его сиять мистическим лазоревым светом.
Сердце пропустило удар, но я не поддалась очарованию красоты.
— Сегодня хорошая ночь для ритуала, — сказал Кеммер, подставляя лицо лунному свету. Тот струился по его коже и скапливался в глазах, отчего казалось, будто сами они — маленькие луны.
— Да, — кивнул мой «жених». — На то и расчёт.
В блеске холодных синеватых лучей он выглядел ещё более мрачно и пугающе. Он молча подхватил меня под локоть одной рукой, другой обнял за талию и потянул в сторону храма.
Всё пространство внутри огромного здания оказалось пустым. Вместо стен — ажурные арки, впускающие свет и словно приумножающие его. Казалось, что луна здесь светила даже ярче, чем снаружи, хотя это было невозможно. Ровно посередине выложенной сложной мозаикой площадки загадочно мерцал голубоватый алтарь.
— Дети Гесты, вы готовы принести ваши клятвы? — спросил зычный голос.
Я вздрогнула от неожиданности и заозиралась. От одной из колонн отделилась тень, и к нам подошёл одетый в тёмную, расшитую голубой мерцающей вышивкой хламиду жрец.
— Да, — ответил мой «жених».
— Тогда встаньте, как полагается.
«Жених» подвёл меня к алтарю и встал по правую руку.
Жрец раскрыл огромную книгу и положил её прямо на алтарь так, что она заняла его почти целиком. Полистал исписанные страницы, нашёл нужную и нараспев начал:
— Готов ли ты Ирвен Бла́йнер, сын Гесты, перед лицом своей богини взять на себя обязательства за дочь её, Гвендоли́ну Болла́р, хранить ей верность до конца своей или её жизни, холить и лелеять, быть её опорой и поддержкой?
— Да, ваша праведность, — уверенно ответил Ирвен.
Я собрала всю свою волю в кулак, глубоко вздохнула и приготовилась.