Почти сбросили, судя по взгляду Селины Резец, устремленному на самого Бранда.
1 день 12 месяца (Эммиды) 879 года, Твердь
Бранд проснулся и открыл глаза, несколько мгновений спустя песок в чаше просыпался до конца и металлический шарик с легким звоном коснулся стекла, закупорив отверстие. Умение из профессии Воина не подвело, разбудило Бранда точно в срок, и он поднялся с кровати, на ходу одеваясь.
— М-м-м, куда ты, — сонно завозилась Селина, — останься, с тобой так хорошо рядом.
Надежно и спокойно, как в алмазной шахте, мысленно хохотнул Бранд, выходя из своих покоев во дворце графини Норданиэ. За свою долгую жизнь спал он, да с кем только не спал, включая и гномок, вроде Селины. Низеньких, крепких, выносливых, словно и правда с телом из камня.
Еще одно подтверждение неумеренной мощи Минта, в Селине словно проснулись те ураганы и водопады страсти, о которых так любил распевать несравненный бард Вольдорс. Неслышно ступая по коридорам дворца Бранд, думал, что уже староват для всего этого. Любви каждую ночь и прогулок до выселков Тверди. Стоило бы заночевать прямо у Шадрона, но тот теперь каждый вечер торчал в Облачном Замке, который по слухам сотрясался до самого основания горы, от любви и страсти.
Бранд не стал никого тревожить, просто вышел сам и незаметно покинул дворец, перемахнул через ограду. Поклонниц Минта на ночь разгоняла стража, бдевшая за порядком в «аристократическом кольце», но днем они, словно вода сквозь трещины в камне, просачивались обратно и нет-нет, да пытались проникнуть в сам дворец, чтобы прикоснуться к телу кумира.
Впрочем, даже если бы они ночевали здесь, всегда можно было воспользоваться Отводом Глаз, все же улица — не здания и там никто особой сигнализации не ставил. Вечная беда умений и способностей, оттачиваешь, готовишься, а потом в итоге все равно приходится полагаться только на себя, подумал Бранд. Впереди как раз приближались ворота с подобной сигнализацией, и он опять не стал тревожить стражей, перемахнул стену легко, незаметно проскользнул в тенях.
На улицах было оживленно, несмотря на ночь, столица империи никогда не спала толком. Да, обычный житель Тверди воскликнул бы, потрясая руками, мол, да вы что, вокруг и нет почти никого, не надо пробиваться сквозь толпу, на улицах пусто, но на взгляд Бранда вокруг все равно оставалось слишком много живых.
Проехал патруль, зорко глядя по сторонам.
— Смотри, идет, — донесся до его ушей шепот, когда Бранд добрался уже до Кивня.
Ночью в Кивне воняло не хуже, чем днем, и Шадрон как-то со смехом объяснил, что переселился сюда для тренировки. Мол, от немытых демонов воняет еще хуже, и он тренировался, а затем как-то привык, да и посетители с глупостями лишний раз не лезли, приезжали только те, кому действительно требовалась помощь.