И тут я наконец-то заметил. За соседним столом сидели девушки нашего набора. С такими же жетонами на груди. В таких же белых накидках и с такими же мисками перед собой. Посчитал шестнадцать, ближе к моему краю стола сидели четыре. Остальные дальше, ко мне спиной.
Первая — высокая, с тёмной косой, тяжёлой, перекинутой через плечо вперёд. Сидела ровно, и эта ровность шла не от напряжения, а от привычки. Так держат спину те, кому с детства объясняли, как её держать. Лицо у неё было спокойное, чуть удлинённое, скулы выступали ровно. Глаза, насколько я успел разглядеть, были быстрые. Пробежали по нашему столу и тут же ушли обратно к своей миске.
Рядом с ней девушка — пониже, с рыжеватыми волосами, собранными в небрежный узел на затылке. По щекам, по носу, по плечам у неё лежала россыпь веснушек, такая густая, что в деревне над таким лицом подсмеивались бы. Ела она быстро, ломая хлеб большими кусками, и при этом всё время старалась двигаться медленнее, чем хотело тело.
Третья была шире в кости, с мягким на вид лицом и тяжёлыми запястьями. Не толстая — крепкая. Когда потянулась за солью, движение вышло уверенным, без суеты. Такая, если врежет ладонью, мало не покажется.
И последняя — светлая, сидела тише всех. Почти белые волосы, узкое лицо и тонкие пальцы. Пока остальные ели, она что-то водила пальцем по столу.
Я не пялился, а лишь быстро прошёлся по всем взглядом, чтобы оценить их также как и всех остальных. Кто есть кто и от кого можно ждать угрозы.
В одном месте я никогда не видел столько девушек своего возраста, у нас в деревни кроме Айны ещё две было, а тут… Вот только они сюда не мужей пришли искать, а затем же, зачем и я. От этой мысли стало немного не по себе. Сражаться с девушками?.. Как? С Мужчинами всё понятно, зверь тем более, а тут? Есть какие-то правила, традиции или обычаи? Надеюсь, что мне придётся вставать с ними в бой.
— Вот теперь ты смотришь правильно, — Тавр толкнул меня локтем в бок, и я едва успел поднять ложку, чтобы она не звякнула о миску. — А то всё молчишь и думы свои думаешь. Понимаю всё в новинку, но ты не забывай кто ты.
— И кто же я? — медленно уточнил я и повернулся к парню.
— Мужик! — хлопнул он меня по плечу и улыбнулся. — Мужик, Рейланд, а такие интересуются женщинами. Видишь ту, с косой? У нас в дружине так после удачной охоты на жаркое смотрят.
Варис, не отрывая глаз от хлеба, аккуратно проговорил:
— Очень тонкое сравнение. Сразу видно человека из охотничьей семьи. — Мог бы выдать что-то более… утончённое. Миловидная дама, что свои образом врезается в сердце.