Тогда кто они? Кто те у кого жетон с вороним крылом? Опустил взгляд, потому что вдруг понял, что пялюсь на Торса.
— Голову опусти, шалх! — сказал он мне. — Не смотри на меня так, будто мы ровня.
Я просто отвёл взгляд в сторону и сжал зубы. Повисла пауза.
— Школа Древа не разбрасывается шансами, — заговорил Орин. — Тех, кто входит под сень Древа, школа доводит до Ростка. Питание. Наставление. Пилюли. Техники, которые ты не увидишь нигде больше. Но Древо не терпит гнили. Только верность.
Лет слушал и кивал, но кивал слишком быстро, чтобы поскорее доказать, что согласен на всё.
Из-за задней стенки навеса вышел третий «зелёный». Он был постарше, с плоской деревянной коробочкой в руках. Открыл коробочку. Внутри лежал кусок плотной бумаги, а на ней темнели знаки, которых я не видел. Они были не похожи на те, что я вбивал в зерно. Эти — какие-то извилистые, как будто кто-то писал их одним движением.
— Кровь, — сказал старший в зелёном. Голос сухой, без выражения.
Лет посмотрел сначала на него, потом на Орина и тот кивнул. Рыжий вынул свой нож. Ткнул в подушечку большого пальца, и палец сразу набух тёмной каплей. Она вышла быстро, потому что Лет давил, напрягая зачем-то лицо.
Старший в зелёном протянул полотно. Лет приложил палец. Капля впиталась в ткань.
И вот тогда я увидел.
Знаки на полотне ожили. Не все сразу, а сначала те, что были ближе к капле. Линии налились тёмным, потом дальше и потекли по виткам. Я видел, как фигура целиком прорисовалась, как будто всё это время лежала в полотне готовой и ждала только крови.
Орин шагнул к Лету и положил ладонь ему на грудь, прямо там, где зерно. Между полотном в руках старшего и грудью Лета протянулось что-то.
Знаки были какие-то нечёткие. Пытался сосредоточиться на них, но не получалось. Они вспыхивали на бумаге, рядом с Летом, потом в его теле. Варн и рыжий никак не реагировали на это. Почувствовал как моё зерно дёрнулось. То, что протянулось между полотном и Летом, зашло Лету в грудь и осталось там. Знаки продолжали вспыхивать с новой силой, но теперь над головой рыжего.
— Это обет верности нашей школе, — гордо заявил Орин. — Теперь ты один из нас.
Лет расправил плечи и у него даже выступила скупая слеза. Он даже подпрыгнул от радости.
— Мы позаботимся о тебе младший ученик, — пафосно и громко заявил Орин.
Зерно в груди дёрнулось ещё раз и затихло. Сбой на четвёртой пульсации, который теперь жил во мне, ушёл на одну пульсацию глубже.
Лет наконец-то моргнул и улыбнулся, как ребёнок, которому только что сказали, что он молодец.
Знаки… Их так много? А ещё они куда более сложные, чем я видел до этого. Выходит для обета верности они используют какую-то технику? Но я не видел, чтобы люди в зелёном что-то делали. Не было активации, перед обетом. Почему?