Борис застыл на секунду, как статуя:
— Что? Знаешь?
— Я почувствовал своим Даром. Кристалл в его теле. Биоорганический квантовый симбиоз. И в нем древний ИИ, помогающий контролировать сущность. Архимаг Ярослав. Исключительные знания, огромная мощь, и полное отсутствие вкуса в одежде.
— Кто это? Кто это, Тёма? Назови мне имя! Это Ветров? Или кто-то другой?
— Нельзя говорить, — Тимур приложил палец к губам, — Госпожа запретила.
Борис упал в кресло, будто его ноги внезапно решили объявить забастовку:
— Ладно… Предположим на секунду, ты не бредишь… Если там такая сила, есть ли смысл бороться? Это все равно что выйти против танка с зубочисткой!
— Риск, — пожал плечами Тимур, — Но извлечь кристалл можно. Я видел слабые места. Это как найти дырку в носке — их обычно несколько.
— Как это сделать? — глаза Бориса загорелись.
Тимур открыл рот, но вместо инструкций снова запел:
— Ля-ля-ля! Бабочки подскажут! — он закружился как балерина с проблемами вестибулярного аппарата, — Они красивые! Они говорят: «Боря — дурачок»!
Борис застонал от разочарования. На экране коммуникатора высветилось сообщение, от которого его душа ушла в пятки, а сердце попыталось запрыгнуть в пищевод:
Жду через час. Нам нужно поговорить.
Отец
Борис скрипнул зубами. С одной стороны — разгневанный отец с лицом, напоминающим грозовую тучу. С другой — безумный Тимур, поющий серенады невидимым бабочкам. С третьей — Ветров и тот новый загадочный парень в доспехах… И никаких вариантов, кроме как прикинуться мертвым или срочно эмигрировать на необитаемый остров.
Если только…
В его голове начал формироваться новый план. Дерзкий и отчаянный. План, который бы заставил его отца схватиться за сердечные капли.
— Если Ветров и тот безумный парень в доспехах… смогли обрести такую силу, — процедил Борис, — Значит, смогу и я…
— Итак, — профессор Соколов поправил круглые очки, которые уже несколько раз сползали с его крючковатого носа, — ты несешь в своем позвоночнике сознание Архимага Ярослава, одного из Великих Первых? — Он сделал круг вокруг меня, словно я был экспонатом на выставке, — Сеня, твои сюрпризы все не кончаются…
— Увы, меня никто не спрашивал, — пожал я плечами, — Заселились тут всякие толпой, как толпа мигрантов в одну квартиру-студию… Я, блин, уже не Человек-Пробирка, а Человек-Общага.
Мы находились в академической лаборатории Соколова. Повсюду на столах громоздились странные приборы, колбы, реторты и устройства, для которых в словаре нормального человека даже не существовало названий.