Я не могла оторвать от него глаз. А муж словно это понял и продолжил привлекать мое внимание. Медленным движением задрал худи и потянул его вверх. Под ним у него оказалась белая футболка, которая задралась и весь его накачанный пресс предстал перед моим взглядом. Золотистая кожа, косые мышцы, которые уходили за низко сидящие брюки,
— все одним мгновением отпечаталось в моей голове.
Мозги медленно превращались в кисель, щеки горели, и я до безумия боялась посмотреть Мирону в глаза. Чтобы не мешать его передвижениям, я спрятала руки за спиной и прижалась к стене. Мне так много хотелось сказать ему, но язык вдруг одеревенел, и я просто трусливо изучала пол.
— Лииик, — позвал устало Мирон.
Я подняла голову. И время замерло. Мы стояли в тишине и сверлили друг друга взглядами. Я не знала, как Мирон, но меня словно к стене пригвоздило, и каждая клетка моего тела начала возбужденно пульсировать.
Никитин еще раз обежал меня заинтересованным взглядом, задержался на обтянутой тонкой пижамой груди, и просто в два прыжка оказался около меня.
Между нами были миллиметры. Его дыхание на щеке. И мой зашкаливающий пульс.
— Я не прошу… — прошептала я ему, напоминая о своем обещании.
— Да и по фиг… — в ответ Мирон уперся руками в стену на уровне моей головы, и не прикасаясь ко мне, провел обжигающе горячим языком по моим губам, в одно мгновение заставляя меня задрожать от невероятно откровенной ласки.
Я раскрыла губы и громко втянула воздух. А Мирон воспользовался ситуацией и тут же проник в мой рот языком.
Ах, как это было сладко.
Настолько, что мои руки сами обхватили его за шею и потянули на себя. Впервые за все это время я с удовольствием ответила на поцелуй. Я позволила своему мужу целовать меня, и нисколько не уступала ему. Сама играла своим языком, и задыхалась от наслаждения.
Подставляла изнывающую грудь под его огромную ладонь, чувствуя, как болезненно приятно сжимаются соски. Расставила ноги, чтобы он мог удобнее устроиться между моих ног и сильнее вжать меня в стену. Так, чтобы я отчетливо могла ощутить его желание. И застонать громко. Потому что между ног стало горячо и бесстыдно влажно.
Голова кружилась, дыхания не хватало, но было плевать.
Я соскучилась. Я хотела этого. Мне нравилось все это. И в этот раз я не хотела отступать назад.
Но только до тех пор, пока руки Мирона не скользнули вниз по моему телу. Он слишком чувствительно сжал мои ягодицы и прижал к себе так, что я не чувствовала одежды между нами. А уже через секунды его пальцы проникли под резинку моих пижамных шорт и потянули их вниз. Вместе с трусами.