Слова застряли в глотке, дыхание сперло.
Предпочитает встать на колени.
Образ Аси на коленях передо мной ударил в мозг, раскаленный и четкий. Вот она смотрит вверх, ее глаза полны вызова, рыжие волосы разметались по плечам, одно из них оголено, а другое скрыто рубашкой. Почему-то моей на ней рубашкой.
Губы приоткрыты, полные и влажные, дыхание вырывается из нее короткими толчками, грудь вздымается под тонкой белой тканью. Я как наяву видел, как ее пальцы касаются моих бедер, скользят вверх, слегка шкорябая ткань брюк, расстегивают ремень, медленно тянут молнию вниз.
Ася наклоняется ближе, ее горячее дыхание обжигает кожу через ткань боксеров, а потом она стягивает их, освобождая меня, и ее рука обхватывает член, твердеющий от одного ее взгляда, как и сотни раз за эти года.
Не могу пересчитать, сколько представлял, как она проводит языком по всей длине, медленно, дразняще, от основания до головки, обводит кончиком, а потом берет в рот, глубоко, сжимая губами, двигаясь ритмично, ее щеки втягиваются, глаза не отрываются от моих, полные той упрямой искры.
Черт, это сводило с ума — представлять ее тепло, влажность, как именно она делает это, ускоряясь, ее руки притягивают меня ближе, пока я не теряю контроль, не хватаю ее за волосы, не направляю глубже…
Нет. Стоп!
Я резко оборвал фантазию, злость на себя вспыхнула жаром в груди. Какого хрена я позволяю себе это? Она не шлюха, не вещь для покупки, а я не тот ублюдок, кто воспользуется ее отчаянием.
Это неправильно, чертовски неправильно — представлять ее так, на коленях, в обмен на деньги.
Ярость накатывает волной при мысли, что она могла бы так же лежать под кем-то другим, отдаваясь за бабки — нет, это рвет меня изнутри, потому что она заслуживает большего.
Настоящего, от мужчины, который увидит в ней не вещь, а женщину, которую хочется завоевать.
Хотел ли я ее? Да, черт возьми! С первого взгляда. Три года назад, в том самом кафе, где она тогда была еще бариста, а Алиска — администратором. Это потом уже Дэн подарил это же кафе своей зазнобе.
А рыжая бестия с характером, как у дикой кошки, с языком, что режет без ножа, огрызалась еще тогда на каждое моё слово, смотрела так, будто готова вцепиться в горло. Меня это всегда заводило до предела.
И черт возьми, держаться на расстоянии с каждой встречей становилось все сложнее.
— Ты хочешь ей помочь? — голос Дэна вернул меня в реальность.
— Что?
— Ты хочешь помочь Асе? — повторил он, глядя мне прямо в глаза, требуя чёткого ответа.
— Она не возьмёт мою помощь, — прорычал я, опускаясь обратно в кресло. — Ты же видел. Она скорее сама загнётся, чем примет подачку.