— Кирилл, глянь здесь пальчики, — распорядился Кобылкин, поворачивая бутылку перед глазами. — Вроде чёткие следы… а нет, потёртые.
— Я всё равно гляну, — криминалист кивнул и оглядел комнату. — Вот же гадство, пропила, по ходу!
Он показал на ковёр, висящий над диваном. В него было вбито два гвоздя, и на снимке, стоящем на телевизоре, была запечатлена семья погибшей, сидящая на этом самом диване, и видно, что на этих гвоздях раньше висела казачья шашка.
— Шашка была, да, — подтвердил участковый. — Дед-то у неё казаком был, но куда-то дели потом. Пропила, по ходу.
Ну а мы с Витькой нашли кое-что другое. В глаза нам бросился шкаф с выломанным замком, стоящий в спальне. Замочек-то декоративный, такой можно открыть ножиком, но кто-то дёрнул так сильно, что хлипкий механизм просто отломился.
Внутрь были побросаны вещи, и среди них валялась деревянная шкатулка, у которой на крышке изображена какая-то богатая женщина в пышном платье. Шкатулка лежала на боку, внутри ничего, но по опыту я знаю, что в таких часто хранили драгоценности.
Я бы сказал, что хозяйка всё пропила, но зоркий Витя заметил кое-что ещё. Между рассохшихся досок пола застряла золотая серёжка с красным камнем.
— Уронил, — догадался он. — Тот, кто ее убил, сережки, наверное, хотел забрать. Странно, что она их не загнала ещё.
Звучит логично, правда, маньяк такими вещами на моей памяти не занимался, Кащеев ничего не воровал у жертв. Правда, если это первая убитая, он мог растеряться и просто взял ценные вещи по запарке. А может, просто пришёл её грабить, и при этом убил… а потом втянулся. Но идти грабить с удавкой?
Нет, всё было не так. Он явно пытался заметать следы, чтобы всё выглядело ограблением, а потом обнаглел и стал убивать так, без всякой постановки.
— Кирюха, сфоткай, — я показал пальцем, — и сделай мне экземплярчик. Если где-то есть вторая, может, получится найти.
Ну и мне заодно зацепка, в том плане, что будет повод явиться к настоящему маньяку. Скажу, мол, что искал серёжку, стукач на рынке указал на этого человека, что он пытался продать золото убитой на рынке, а дальше — по обстоятельствам.
Да и раз он украл драгоценности, то или они будут у него, или он и правда будет пытаться их сбагрить, если уже не выкинул всё по дороге. Но проверить всё равно стоит.
На всякий случай я спросил у участкового, якшалась ли погибшая с бывшими заключёнными, и тот кивнул. И сожитель этот, который по хулиганке пока закрыт, раньше сидел, и ещё какой-то мужик, который ходил к ней, явно был из зеков. Может быть, если покопать дальше, обнаружится связь Кащеева с убитой, ведь часто бывает, что первые жертвы маньяка — те, кого он знал лично.