— Нюхай, нюхай, — повторял я, а пёс со знанием своего дела втягивал ноздрями воздух. — Ищи!
Сан Саныч оторвался от перчаток, поводил носом по земле, побегал из стороны в сторону в поисках следа, а затем решительно потянул меня к дому, там развернулся и сильно дёрнул поводок, пытаясь бежать в сторону леса.
— Неужели след взял⁈ — Якут одобрительно покачал головой и полез под куртку за пистолетом.
— Значит, Рудаков наш, — я кивнул. — Погнали за ним!
Дачный посёлок сам по себе — немаленький по территории, и дачи располагались друг от друга порой на солидном расстоянии, потому что между участками то и дело попадались целые куски леса. Строить-то здесь всё начинали ещё давно, искали, где почва могла хоть что-то уродить, отсюда такой хаос.
Место было не особо модное, богатые жители города и бандиты предпочитали район у реки, в паре десятков километров отсюда. Самый шик — построить дачу прямо у берега, чтобы можно было купаться или рыбачить, не отходя далеко от дома.
Но этот посёлок, через который мы бежали с Якутом за Сан Санычем, был именно дачным, здесь домики строили не богатеи для отдыха, а обычные люди для того, что весной здесь сажать картошку, а осенью выкапывать, и роскошных особняков здесь никто не возводил, так только, сколачивали как бог пошлёт для крыши над головой. Зимой здесь не жили, холодные у нас зимы, так что залечь на дно в этом месте — решение очевидное, поэтому дачи проверяли часто.
Но Рудаков и сам в курсе, как работает система. Надо — скрылся, потом вернулся, он же прекрасно знает, что задолбанные работой опера-розыскники, которые занимались поиском без вести пропавших и лиц в розыске, приедут сюда раз-два от силы, и потом не вернутся до следующей «потеряшки».
Здесь селились и бомжи, когда хозяева заканчивали сбор урожая. Бомж мог тут и умереть, и обнаруживали такой труп лишь весной. Нам часто приходилось выезжать и осматривать останки — дело не для слабых желудком, потому что тело могло пролежать много месяцев и изрядно сгнить.
Но сейчас на одной из дач мы наткнулись на вполне себе живых бомжей, которые там поселились. Неплохо они устроились — один развёл костёр и варил в железном ведре картошку, которую хозяева оставили на огороде, другой развешивал на заборе выстиранные шмотки, а остальные просто бухали.
Сан Саныч их проигнорировал, запах вёл его дальше, но я остановился.
— Если ответите правильно, — сказал я, — сделаю вид, что вас тут не видел.
— Ну, чё надо-то, начальник? — самый старый бомж в шапке-ушанке оглядел «коллег».
— Тут, в этом районе, скрывается один тип, похожий на мента. Старается не отсвечивать. Видели?