го прихода.
· Заебись, что.
· Вместе с Никитой, — майор явно ждал моей реакции.
Ему было интересно, как я отреагирую на присутствие рядом Настиного сына. А мне что?
Мне нормас.
Парень в адеквате. Побазарим. Обьясню ему все как положено. Он не лялька, должен будет понять. Главное, Насте рот
заклеить вовремя. И связать еще вдобавок.
В дверь быстро постучали.
Майор улыбнулся. А я остался сидеть, как сидел. Только сердце невольно забилось быстрее, когда она вошла.
Сейчас же по-любому какую-нибудь подъебку выдаст..
— Так вот ты какой, северный орел, — Настя посмотрела на меня и хмыкнула. — А чего это вы тут? Без меня общаетесь?
Потехин улыбнулся во все тридцать два зуба:
— Да вот, Насть, с твоим мужем будущим беседую.
Пакет с апельсинами из ее пальцев шлепнулся на пол.
Глава 28
— Я смотрю, тебе не только по печенке дало, Володь, — я попыталась скрыть растерянность от его слов. — Шуточки плоские. Ладно, раз уж вы оба тут..
Я достала из сумки перечерканный карандашом листок.
— Вот твой список, Пророк. Я расшифровала. Только это хрень полная. Пшик. Отписка обычная. Никаких секретных свидетелей в твоем деле не было. Тебя обманули. Это фамилии оперов, что над делом со мной работали.
Красивущий гад, что мне душу выпил, ехидно ухмыльнулся:
· Да уже похер, Настюш. Это список мне уже не нужен.
· То есть как, бля, ой! — я покосилась на закатившего глаза сына. И зарычала практически. — Как это не нужен? А нахрена
тогда… Да блин! Зачем я это все? А пойдем-ка поговорим. Ник, с дядь Володей пообщайся пока!
— Пророк, насчет успокоительных я не шутил! — долетел нам в спины смешок друга. — И кровоостанавливащее! В аптеке внизу точно есть.
Вот теперь я точно зарычала.
Засранцы!
Так и знала, что меня обсуждали! Спелись, значит? Быстро они.
· Ну, куда вы по мытому? — возмутилась больничная санитарка, едва я ступила в коридор. — Глаз нету, что ли?
· Мы в бахилах! — огрызнулась я в сердцах. Ее еще не хватало! — У кого тут глаз нет?
· Ходют и ходют, — забубнила тетка, но я уже про нее забыла.
Муж, говорите?
Будущий!
Сейчас я объясню этому мужу, кто он на самом деле.
Я ухватила Пророка за рубашку и потащила за собой в конец больничного коридора.
· Госпожа, какая экспрессия! — хохотнул он, послушно шагая следом. — Прямо здесь прикажете раздеться? Я готов!
· Замолчи!
До торцевого окна я дошла, пыхтя как паровоз.
Развернулась к Пророку и присела на низкий широкий подоконник.
· Значит так, дорогой, — в его грудь уткнулся мой острый ноготь. — Давай вспомним наш уговор.
· Давай, — промурлыкал он, опираясь руками в подоконник по обе стороны от меня