— К какому сроку надо быть готовым, сэр?
— Неделя у нас есть, пока я приготовлю солод и сварю пиво. Герман, это не официальный парад, просто зрелищный показ, не надо так серьезно все воспринимать. Будут накладки во время высадки — ничего страшного, не перед министром обороны выступаем.
— Понял, сэр, — американец немного повеселел и даже позволил себе улыбнуться. Тиландер для меня был загадкой: немногословный, но с отлично развитым чувством долга. Он мало рассказывал о прежней жизни, я даже не знал, была у него девушка или нет. Лайтфут был полной противоположностью: весельчак, словоохотливый, который часто вспоминал семейный бизнес и свою девушку в Орегоне. Правда, это не помешало ему сойтись с чернокожей Гу и прекрасно ладить с ней.
Пока сидели и пили чай с американцами, послал караульного за Ларом и Гау, чтобы ввести их в курс дела насчет предстоящего смотра войск во время праздника Сева. Лар тренировал молодой спецназ, командиром которого я сделал Бера, этого черного принципиального паренька. Бер увязался за великаном и сейчас робко переминался с ноги на ногу, не решаясь войти без приглашения.
— Заходи, Бер, — пригласил я его, — ты у нас командир будущего спецназа, так что давай принимай участие в обсуждении, — мальчик метнул самодовольный взгляд в сторону Лара, который гонял их до посинения, и важно прошел, присаживаясь с краю. Гау явился позже всех, потому что занимался новым устройством для одновременного выпуска множества стрел. Такую штуку я видел в фильме про Жанну д’Арк, набросал примерный чертеж и объяснил принцип действия. Лайтфут, со своей стороны, тоже проявил к устройству интерес и всячески помогал Гау.
— Слушайте меня, — я обвел глазами собравшихся, — через неделю у нас будет праздник Сева. Хочу, чтобы этот праздник отличался от тех, что были раньше. Мы покажем, как вооружены наши воины, какое оружие у них есть и даже разыграем небольшую сценку.
— Что нам надо делать, Макс Са? — прогудел Лар, как только я обозначил паузу.
— Твои копейщики, Лар, будут показывать перестроения: колонны, шеренги, «черепаха», охват соперника. А твои лучники, Гау, будут стрелять в них стрелами без наконечников. Только смотри, Гау, чтобы наконечников не было.
— Макс Са, — а зачем это делать? — Гау не понимал, в чем смысл стрельбы без наконечников.
— Мы просто показываем женщинам и детям нашего племени, что умеют наши воины, чтобы они знали, что им не надо бояться, потому что наши воины самые лучшие.
— Да, это так, — кивнул головой Лар, продолжая речь, — каждый наш воин стоит десяти дикарей. Мы потеряли четырнадцать человек, а черные потеряли очень много своих.