Возможно, наступило затишье перед расселением кроманьонцев, которые покидали Африку, двигаясь в Азию и Европу. Либо мы просто попали в такой неудачный для нас промежуток, который мог быть вызван затруднениями на пути следования дикарей. Как возможное затруднение, мне в голову пришёл разлив Нила, который мог надолго отрезать дикарей от маршрута на северо-запад. В любом случае, я не собирался сидеть годами и ждать пока следующая кроманьонская армия снова погубит наши труды. В голову пришла мысль отправиться к дельте Нила по морю и разведать там обстановку, чтобы при необходимости нанести упреждающий удар.
Оба американца и мои офицеры с радостью восприняли мои планы по морскому походу в Африку, но перед этим походом я вспомнил, что отложил плавание за своей спасательной капсулой, потому что надеялся пересечь Атлантику. Теперь, когда плавание к Бермудам откладывалось, решил, что до похода к Нилу лучше пригнать капсулу в Плаж, чтобы мои кузнецы ломали головы, как распилить или разобрать на части капсулу. Ячмень и чечевица были посеяны и я поручил Тиландеру заняться подготовкой к походу на Анатолийское побережье.
Дни спокойствия
За прошедших два с лишним месяца, после того как нас практически синхронно атаковали саранча и черные дикари, жизнь вошла в свое русло. Практически безостановочно работала кузня, где Рам и Уильям ковали короткие мечи и топоры. Топоры моим Русам больше пришлись по душе. Они были более универсальны: ими можно было рубить врага, деревья, копать окопы. Окапывание было следующим тактическим приемом, что я поручил Лару усвоить. Мы не копали глубокие окопы, как это было в мировых войнах. Речь, шла об окапывании на местности для засад.
Аккуратно срезался верхний слой дерна с травой, потом выкапывалась неглубокая яма, чтобы скрыть лежащего человека. Небольшой бруствер маскировался снятым дерном и травой. Я еще не знал практического применения этим навыкам, но подспудно чувствовал, что это может пригодиться.
Поля были распаханы и засеяны. Только вчера закончили эту работу и все были в ожидании праздника Сева. Из года в год он проходил однотипно: разжигались костры, под подбадривающие крики лучники показывали свою меткость, а борцы — силу. В этом году хотел разнообразить, но ничего путного в голову не приходило. Хер, за которым послал в надежде получить совет, предложил праздничную проповедь о Боге. Проповедь, конечно, хорошо. Но людям нужно было зрелище. Проводить Олимпиаду было рано, а другие идеи в голову не приходили.
Послал за американцами, чтобы втроем подумать, чем бы потешить народ. Развивать сценическое искусство было еще рано, но ничего умнее в голову не приходило. В ожидании американцев, пошел к своим вещам, что захватил с МКС: может среди вещей найдется что-нибудь оригинальное. Но среди них ничего такого, что бы представляло интерес для дикарей, не нашел. Но кое-что заставило меня подпрыгнуть от радости.